Белоруска в 29 лет пережила ишемический инсульт

«Я встала и поняла, что у меня всё двоится в глазах»

Лилия живет в Варшаве. Вспоминает, что впервые почувствовала себя плохо еще в начале 2026-го. Три первых дня нового года она почти не выходила из дома, кроме как на кофе с знакомым. А утром 4 января поняла, что не может проснуться, хотя прекрасно слышала звук будильника:

«Я не могла пошевелиться, открыть глаза. Просто слышала, что играет музыка и мне нужно ее выключить, но не могла это сделать, сама этому удивилась. Была в странном состоянии — то слышала музыку, то меня снова вырубало и я потом приходила в себя».

Когда девушка все же проснулась, было около 10 часов утра.

И тут появился новый симптом: 

«Я встала и поняла, что у меня всё двоится в глазах. И это при том, что у меня хорошее зрение и я не ношу очки.

Подумала, что у меня что-то случилось со зрением и мне помогут запасные очки моего парня. Начала их искать и не нашла.

Очень переживала, что опаздываю. Даже не помню, как оделась — наверное, одежда просто лежала на кресле».

Дальше девушка поняла, что шатается во время ходьбы, но поехала на работу. 

«Я вышла и с трудом дошла до автобусной остановки. Пока шла, закрывала глаз рукой, чтобы в глазах не двоилось. Не знаю, как смогла дойти — наверное, люди думали, что я нетрезвая, потому что я так шаталась», — вспоминает Лилия.

Когда девушка добралась до работы, она осознала, что не понимает польский язык от охранника. На работе пришлось обсуждать с коллегами задачи на день, и Лилия очень волновалась, как бы скрыть от коллег свои странные симптомы. А потом пришла в свой кабинет и поняла, что не помнит логин и пароль от компьютера.

От страха она расплакалась, пришел коллега и попытался успокоить — мол, всё от стрессов. Девушка осознавала, что дело всё же не в этом. После больших сомнений и с поддержкой коллеги она решила отпроситься с работы и поехать в приемное отделение больницы, но там ответили на ее жалобу по зрению, что у них нет специалиста. Белоруска записалась к офтальмологу в другое учреждение.

После Лилии стало чуть легче, но ее состояние всё равно было тяжелым:

«Я очень плохо писала — чтобы написать предложение, мне нужно было посидеть над ним и приложить усилия. Когда позвонила родственнице, путала слова во время разговора, говорила то по-русски, то по-белорусски, хотя я с ней всегда по-белорусски разговариваю».

«Меня в больнице сначала не воспринимали всерьёз, не обращали много внимания и не очень долго осматривали»

Утром следующего дня Лилия пошла к офтальмологу, и там ей впервые сказали, что дело может быть в неврологическом диагнозе. Девушку снова направили в приемное отделение больницы. Невролог направил её на обследования — но их не сделали, так как снова не нашли специалиста.

Лилия обратилась к частному неврологу и снова получила направление в приемное отделение. Как и предыдущий невролог, новый врач подозревал у нее инсульт или опухоль. Сразу оттуда Лилия поехала в другую больницу, но не нашла понимания и с докторшей и снова осталась без помощи.

Утром белоруска пошла на работу и смогла как-то проработать целый день. И только на следующий день коллеги вызвали ей скорую, чтобы не сидеть в очередях и чтобы было больше шансов получить помощь.

Павялічыць

«Мне было стыдно, что мои коллеги вызвали скорую, я на них в какой-то момент злилась. Меня в больнице сначала не воспринимали всерьёз, не обращали много внимания и не очень долго осматривали. Врачихи, которые со мной работали, не могли меня сначала понять, поэтому позвонили своей коллеге, которая знала русский, и ей всё рассказали.

Меня отправили на обследования. Очень не хотела оставаться в больнице, просила рассказать, какие анализы нужно сделать — мол, сама всё сделаю», — рассказывает Лилия.

Девушку всё же уговорили на томографию. Тогда у неё и нашли пятно возле таламуса (части мозга, которая принимает сигналы от органов чувств), а также приказали обязательно ложиться в больницу, потому что дело серьёзное. Нужно было выяснить, инсульт это или опухоль, и девушка провела неделю в больнице.

Через пару месяцев ей сделали МР-спектроскопию — обследование, которое помогает уточнить, что конкретно врачи видят на МРТ. Тогда врачи сделали вывод, что Лилия перенесла микроинсульт. 

Павялічыць

В мае девушку снова положили в больницу, ей сделали новое МРТ и уточнили диагноз. Оказалось, что девушка перенесла не микроинсульт, а именно ишемический инсульт.

Лилия говорит, что для нее инсульт прошел почти бесследно:

«Единственное, что осталось — это головокружение, когда я резко поворачиваю голову снизу вверх или с одной стороны в другую. Также я могу забывать или путать слова, но это случается очень редко. Разговаривала со знакомыми, друзьями — они и не догадывались, что у меня такие проблемы, потому что я научилась, например, заменять синонимами слова, которые не помню». 

«Соседки по палате удивлялись, что, хотя я здесь одна, ко мне приходило больше людей, чем к ним»

Как объяснили девушке врачи, что-то перекрыло сосуд в её мозгу, туда перестала попадать кровь и, соответственно, кислород. Этот участок мозга умер. Остался шрам, он заживает, и поэтому девушка чувствует себя лучше.

Врачи настраивают Лилию на лучшее и говорят, что у неё сильный молодой организм и она быстро восстанавливается. Медики признают: они долго не могли понять, что речь об инсульте, так как много внимания обращали на молодой возраст девушки и не ожидали увидеть у неё такую картину.

Тем более таинственно, откуда у Лилии такие проблемы:

«У меня самой нет никаких болезней, у моих родственников не было ранних инсультов. Врачам это показалось странным, они до сих пор в вопросах, как так произошло. Я сказала, что до сих пор нечётко вижу. Их сначала это волновало, они ежедневно ко мне приходили и проводили какие-то проверки.

Павялічыць

В итоге мне сказали, что это просто последствия инсульта и они, возможно, пройдут. Врачи думают, я должна радоваться, что у меня только такие последствия, потому что после такого инсульта, как у меня, люди год восстанавливаются».

В новой жизни Лилии придется больше следить за здоровьем. Врачи приказали ей пить достаточно воды, не пить алкоголь и отказаться от курения, что девушка и сделала. Теперь она очень следит за потреблением воды, носит с собой воду в бутылке и кладет туда цитрусовые для вкуса.

Скоро ее снова ждёт больница — врачи хотят проверить сердце, потому что точную причину инсульта они так и не нашли. Принято считать, что инсульты могут быть связаны с переработками и стрессом, но Лилия считает, что это не её случай.

Павялічыць

«Когда это всё случилось, я не работала уже три дня, потому что были праздники. Поэтому я удивлена, что такое произошло. Стараюсь понять, почему у меня случился инсульт и что делать, чтобы он не повторился, потому что такое, честно говоря, я никому не посоветую. Мне было очень сложно.

Может, если бы я была в Беларуси и могла разговаривать на своём языке, мне было бы проще, но здесь так относятся к мигрантам… У меня были и случаи, когда мне, наоборот, помогали — врачи, соседки в больнице, но попасть туда было самым сложным», — говорит белоруска.

Были в её истории и хорошие сюрпризы. Лилия вспоминает, как в больнице реагировали на солидарность со стороны её знакомых, которые не оставляли девушку в беде:

«Мне очень повезло с друзьями и коллегами, так что соседки по палате удивлялись: ничего себе, у тебя так много коллег и людей, которые к тебе небезразличны. Они были удивлены, что, хотя у меня нет здесь родителей и я, по сути, здесь одна, но ко мне приходило больше людей, чем к ним».

• 4
• 0
• 0
• 2
• 7
• 12
• 1
• 5