Один из директоров EPAM собирает средства на лечение жены от рака
Татьяна — жена одного из директоров EPAM Андрея Шубадёрова (вместе пара воспитывает четверых детей: троих общих и дочь Андрея). В январе 2024 года ей поставили предварительный диагноз рак кишечника, пишет Devby.io.
Андрей рассказывает: его жене сделали МРТ в сербской клинике и увидели, что одна область кишечника увеличилась до 10 см. Затем уже в Черногории Татьяна прошла колоноскопию.
— Гастроэнтеролог отвел меня в сторону и сказал: «Я предполагаю, что это опухоль — и все серьезно». Но МРТ больше ничего не показало, поэтому мы надеялись, что это что-то другое, воспаление, например.
Татьяне сделали биопсию. Мы ждали результатов и обсуждали с врачамі операцию, ее можно было выполнить довольно срочно — и там же, в Черногории.
Однако один из специалистов обратил внимание на большой пакет лимфоузлов на снимке — и сказал, что это «мина замедленного действия». «Я не рекомендовал бы вам это делать здесь, в Черногории», — добавил он.
Андрей и Татьяна решили искать другой вариант. Собеседник изучил рейтинг стран, в которых доктора успешно лечат рак, — в топе США, Израиль, Германия и Швейцария.
— Попасть в Америку в кратчайшие сроки нереально, а в Израиле цены в разы выше, чем в Европе.
«Мы начали искать что-то в Германии — и, о чудо, благодаря внутренним контактам нашли. Один из сотрудников EPAM, немец, посоветовал обратиться в Klinikum Bogenhausen — это крупная больница, которая является частью университетской клиники Мюнхена, и там очень хорошее отделение гастроэнтерологии».
«Это было время, когда каждый день приходили неутешительные новости»
1 февраля они отправили заявку — а уже 6 февраля встречались с гастроэнтерологом Вольфгангом Шэппом.
Врачи изучили документы, которые привезли Андрей и Татьяна (на тот момент уже были известны результаты биопсии — к сожалению, гистологи обнаружили в образце раковые клетки), и сказали, что при всем уважении к коллегам из Черногории, они должны провести свое обследование.
Татьяну положили в больницу, ей выполнили ряд исследований, в том числе биопсию лимфоузлов. Андрей вспоминает, что это было время, когда «каждый день приходили неутешительные новости».
Сначала врачи обнаружили четыре вторичных опухолевых очага в печени (хотя до того их коллеги считали, что метастазов в организме нет).
«Но самое неприятное — они получили информацию о лимфоузлах: «пакет» находился рядом с артериями, которые снабжают кровью ноги, — и не позволял провести операцию», — рассказывает Андрей.
Консилиум решил назначить Татьяне химиотерапию на 3 месяца (всего 6 сеансов), и параллельно — иммунотерапию моноклональными антителами из 12 сеансов.
Андрей подробно приводит недельный график своей жены: в понедельник — химиотерапия, в среду — иммунотерапия («от нее у пациентов больше всего побочных эффектов, и что самое страшное для девушек — все это отражается на красоте лица и тела»).
«В протоколах прописано присутствие родственника как условие для выздоровления»
Было непросто (Андрей все то время коротко характеризует словосочетанием «адский ад»), но через 3 месяца результаты ошеломили даже врачей: два метастаза «ушли», еще два уменьшились в размерах. И поскольку они находились на небольшом расстоянии друг от друга, врачи уже могли сразу удалить их путем радиочастотной абляции.
— Нам сказали готовиться к операции. Через месяц Татьяне удалили всю опухоль, а также лимфоузлы из того «пакета».
Операция была малоинвазивной — с помощью робота Da Vinci. Через всего пять суток пациентку выписали.
Разумеется, за этим последовал еще один курс химиотерапии (а потом продолжительный период восстановления). Андрей и Татьяна постоянно ездили в клинику на инъекции. Андрей делает небольшое отступление, чтобы похвалить врачей и вспомнить добрым словом доктора Мартина Фукса, который вел все лечение, а также восхититься отношением всего персонала больницы к пациентам.
— Что примечательно: в Германии даже в протоколах прописано присутствие родственника как обязательное условие для выздоровления — от этого на 50% зависит успех лечения.
В октябре они получили предварительное заключение о том, что у Татьяны наступила ремиссия — можно ехать домой.
В феврале Татьяна прошла первый чек-ап. Вердикт медиков радовал: «Никаких следов раковых клеток». Но чек-ап в июне, к сожалению, показал рецидив. Врачи настаивают на том, что лечение необходимо начать немедленно — к курсу химиотерапии сейчас решено добавить радиотерапию.
«Если бы не мои друзья, не люди, с которыми я работал, — не знаю, как справился бы»
В ходе беседы Андрей много говорит о том, как помогли ему коллеги и друзья в тот нелегкий период: лечение Татьяны обошлось в немалую сумму — 250 тысяч евро, и какие-то деньги пришлось занимать (особенно благодарен Андрей бывшим коллегам из Wargaming — «от них пришла большая часть помощи»).
— Если бы не мои друзья, не люди, с которыми я работал раньше и сейчас, — я не знаю, как справился бы.
Сейчас Андрею снова нужна помощь. Он говорит, что «не успел материально восстановиться», — а на новое лечение, по предварительным подсчетам, потребуется не менее 100 тысяч евро.
Андрей обращается к сообществу, а также к коллегам, которым помог в свое время: даже небольшая сумма сыграет огромную роль. Помочь можно, присоединившись к сбору по ссылке или переводом на карту.
Реквизиты для перевода
- PayPal:
- [email protected]
- phone: +38267148617
- address: Herceg — Novi, Meljine, Lazure A301
- Карта Приорбанк: 4916 9896 6006 3305 04/28
- ПРИОРБАНК ОАО
- УНП 100220190
- БИК PJCBBY2X
- N транзитного счета — BY85PJCB38129990001611000933 для зачисления на счет клиента
- N BY 03PJCB30141030081073684933 Шубадеров Андрей Юрьевич, 18.09.1968 г. р.
- Карта СБЕР: Tatiana Shubaderova, +7 921 361-74-95
Реквизиты
- Получатель: ШУБАДЁРОВА ТАТЬЯНА ВЛАДИМИРОВНА
- Номер счета: 40817810955863019063
- Банк получателя: СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ БАНК ПАО СБЕРБАНК
- БИК: 044030653
- Кор. счет: 30101810500000000653
- ИНН: 7707083893
- КПП: 784243001
- SWIFT-код: SABRRUMM
Или — по номеру карты (Сбербанк) 2202203262921663
Андрей говорит, что компания также помогает ему — в том числе тем, что дает ему возможность находиться рядом с женой и работать. Но за финансовой поддержкой в EPAM он не обращался: компания переживает «не лучшие времена», да и ей есть кому помогать: работникам-релокантам, а также украинским сотрудникам.
Комментарии