«Учу белорусский, чтобы отвечать пациентам «калі ласка»: как в Беларуси работается врачу-сирийцу
Не каждый сидящий в очереди к этому врачу-терапевту 20-й минской поликлиники способен с первого раза повторить его имя — Моссанна Жассем Салех. Поэтому, нисколько не обижаясь, он позволяет называть себя по фамилии: просто Жассем.
Он приехал в Гродно в 2005 году, чтобы получить медицинское образование и после окончания университета вернуться в Сирию. Однако еще до того, как его родной город Дейр-эз-Зор стали обстреливать, он решил связать жизнь с Беларусью.
«Наша Нина» побывала в гостях в его сирийско-белорусской семье и узнала, чем сирийца покорила наша страна и как он учил не только русский, но и белорусский язык по стихам и трасянке своих пациентов.
«Не читаю новостей, чтобы не узнавать про ужасы на родине»
Жассем Салех называет себя чистокровным арабом. Он родился в расположенном на реке Евфрат городе Дейр-эз-Зор, в довольно обеспеченной семье. Отец — бывший военный, мать смотрела за домом и детьми: у Жассема еще 9 братьев и сестер.
«С 14.00 до 18.00 у нас очень жарко, поэтому многие в это время дня отдыхают. Я же в свободные часы всегда старался учить иностранные языки. По телевидению можно было найти передачи на французском и английском языках, но мне больше всего нравился русский. Помню, как в руки попала кассета группы «Ласковый май» — я не понимал, что там поют, но язык очень нравился», — рассказывает Жассем Салех.
Подтянуть русский язык парню помог сосед, который в свое время работал переводчиком. Наконец было решено, что Моссанна поедет учиться за границу.
Он рассказывает, что рядом с их домом росли бананы, гранаты, арбузы, дыни, абрикосы, вишни. И картошка. Но в Беларуси, говорит Моссанна, картошка вкуснее.
«Родители, видимо, поверили в меня. Увидели, что за меня можно не беспокоиться, что я справлюсь даже вдалеке от родины, поэтому позволили учиться не в Сирии. К медицинской сфере склонялись все: во-первых, мой дядя работал педиатром в Германии. А во-вторых, врачи у нас считаются посланниками Бога, это очень уважаемая профессия. Люди в белых халатах очень хорошо зарабатывают, так как могут спокойно совмещать и государственную должность, и свой собственный кабинет, профессия считается очень престижной».
Сначала Жассем поехал в Одессу: привычные к жаре сирийцы в конце 90-х ехали учиться туда с мыслью, что там, у моря, им будет теплее. Правда, особого тепла никто там в итоге не нашел, да и курортная, туристическая атмосфера не очень-то способствовала учебе. Так он решил сменить альма-матер и по совету знакомых, которые хвалили белорусские вузы, оказался в Гродно.
«Не мог без вашего воздуха и картошки»
Закончив учебу, Моссанна вернулся домой — как и было уговорено с родителями. Работал штатным врачом в нефтяной компании Petro-Canada и зарабатывал приличные деньги. Но на душе было неспокойно — не прошло и полгода, как Жассем стал уговаривать отца, чтобы тот отпустил его снова в Беларусь, в ординатуру. Тот, конечно, не хотел надолго отпускать сына, но удерживать его не мог.
«Для себя свое эмоциональное состояние объяснял просто: кто однажды подышит белорусским воздухом, попробует белорусскую воду, картошку и борщ, познакомится с вашими людьми, того будет тянуть на эту землю», — так он объяснил намерение связать свою жизнь с Беларусью.
Последний раз Моссанна побывал на малой родине в 2011 году, когда соскучился по родным. Тогда в его городе уже стали раздаваться первые взрывы. Местные верили, что это скоро закончится. Жассем, прощаясь с отцом, получил от него благословение на жену-белоруску, если такая встретится, пообещал привезти ее, чтобы познакомилась с большой семьей.
Уже в Беларуси спустя некоторое время он узнал, что половина их большого дома превратилась в руины, что взорван дом сестры, что некоторые знакомые погибли…
«После того как с родственниками пропала связь в мессенджере, я решил не смотреть новости, не залезать в фейсбук… Меня убивала вся плохая, приходившая оттуда, информация».
Сегодня связь с семьей восстановилась, и он мечтает о том, что как только боевые действия будут полностью завершены, привезет в родной город жену Анастасию и сыновей.
«Я верю: какой бы долгой и темной ни была ночь, все равно настанет рассвет. Мой народ расплачивается: не за горячую кровь, а за то, что отступил от Корана, за свое нежелание получать знания и работать (вот вы, белорусы, — куда трудолюбивее). Но я — человек в белом халате, я хочу быть ангелом для людей, хочу мира, а не проблем и войны», — говорит о наболевшем Моссанна.
«То, что наша религия жестокая, — стереотип»
По окончании ординатуры в БелМАПО (он повышал квалификацию в кардиологии, терапии и общей практике) Жассем сразу попал на работу в 20-ю поликлинику. Здесь он работает почти на две ставки и, как сам утверждает, получает настоящий кайф. Особенно если бывают такие случаи, как недавно:
«Ко мне пришла женщина, и рентген показал, что она здорова, а я все равно поставил ей диагноз «пневмония» и именно пневмонию предлагал лечить. Пациентка съездила в другую больницу уточнить диагноз — и мой диагноз подтвердился».
Жассем понимает, что люди, часами сидящие в очередях под дверью, хотят услышать его мнение, поэтому принимает всех без исключения — с талонами и без. Он сочувствует всем, но признает, что специалистов не хватает, поэтому советует при возможности пользоваться платными услугами поликлиник, чтобы сэкономить драгоценное время.
Любить свою работу он может и еще по одной причине: именно здесь он встретил будущую жену, маму Амира (имя сына переводится как принц).
«Я тогда работал даже не на своем участке, а тут пришла она — та, что в итоге завладела моим сердцем и душой», — вспоминает Жассем.
У Анастасии были тревожные показатели кардиограммы, и на то время она замуж точно не собиралась.
«Дело в том, что к моменту нашей встречи с Жассемом я была в разводе 9 лет, сама растила сына Владислава и, если честно, была отчасти разочарована в белорусских мужчинах. Никого, конечно, не хочу обидеть, но зачем далеко ходить — мой бывший муж даже алименты не хочет платить. А Жассем особенный, он меня и детей готов носить на руках. Для него семья — самое ценное», — рассказывает она.
Свадьбу отмечали скромно, но по двойному сценарию: с белорусской церемонией и в мечети (рядом с Комсомольским озером). Жассем решительно отвергает стереотипы о том, что все восточные мужчины держат своих женщин в черном теле:
«Мы же все образованные, современные люди. Моя мать, конечно, покрывала голову платком, но это не паранджа. Наша религия никогда не была жестокой и не учила замыкаться: носи что хочешь, только не мешай другим своим видом. Все наши женщины имеют право на образование и могут становиться успешными. Но перекручивают ситуацию наверное только игиловцы».
Единственное, что муж запрещает жене, — это выходить на улицу в очень короткой юбке, но здесь Анастасия и сама не спорит.
Все домашние обязанности в семье распределены поровну. Только на кухне Анастасия отвечает за белорусские блюда, а Жассем — за свою национальную кухню.
«Когда родился сын, по традиции нужно было принести в жертву во имя такого события барашка. Мы купили его у соседей жены. Я подавал баранину вместе с сирийским салатом табуле (из пшеничной крупы булгур, томатов, зелени с оливковым маслом и лимонным соком)», — рассказал Жассем. Ели всё это по традиции, сидя на полу.
Моссанна обожает белорусские конфеты. А недостаток солнца и витаминов компенсирует исключительно сезонными фруктами и овощами. Любит финики, заправляет свои блюда оливковым маслом и лимонным соком со специями.
Семья живет и «по-сирийски», и «по-белорусски». Если надо, празднует Масленицу и Пасху. Из того, что Жассем не может себе позволить, — это есть свинину, поэтому на столе для него всегда присутствует альтернативное мясо. Правда, запрещенный у мусульман алкоголь он по праздникам всё же себе позволяет. А еще признается, что в Беларуси не успевает молиться по пять раз в день, как принято у них: всё время занято работой.
«Что такое «гэна» и «гарэлка»?»
Способность к языкам проявляется у хозяина дома по сей день. Он все больше углубляется в белорусский язык: отвечает своим пациентам «калі ласка» и считает, что если ты живешь на той или иной земле, то обязан знать ее родной язык.
Анастасия рассказывает, что белорусский язык Жассем подтягивает вместе со старшим сыном: например, когда учит с ним стихи, читая их как рэп. А первая встреча с трасянкой на даче в Воложинском районе для него оказалась сюрпризом: он никак не мог понять, что такое «гэна», хотя и слово «гарэлка» также понял не сразу.
Многие его земляки-медики выехали за границу: в первую очередь, чтобы больше зарабатывать. Жассем не отрицает: здесь он получает меньше, чем его коллеги на Западе, но говорит, что не в деньгах счастье. Здесь ему спокойно.
«Все иностранцы, живущие в Беларуси, — ее должники. Ваша страна дала нам возможность учиться и приносить пользу людям. Родина не дала, а ваша страна дала», — говорит Моссанна Жассем-Салех на прощание.
Сейчас читают
Герой Беларуси Марина Василевская родила дочь от космонавта Олега Новицкого44
Комментарии