«Или на 15 лет, или надо будет помочь стране». Бывший политзаключенный заявляет, что его завербовал КГБ и отправил в Польшу выполнять задания
Бывший заключенный Вадим Пашковский в Польше сделал публичное заявление, чтобы прекратить сотрудничество с лукашенковской спецслужбой.
23‑летнего жителя Жлобина Вадима Пашковского судили по статье 342 Уголовного кодекса (участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок) за участие в протестной акции в Жлобине после сфальсифицированных властями выборов 9 августа 2020 года. Сначала его направили отбывать наказание в учреждение открытого типа № 24 в Гродно, но позже ему ужесточили условия отбывания наказания и перевели в колонию № 17 в Шклове. Он рассказал свою историю, пишет «Гомельская вясна».
Заключение и освобождение
«Меня наказали за участие в акции протеста 9 августа 2020 года в Жлобине. Но тогда меня не поймали. Уголовное дело против меня завели только спустя четыре года. Они установили мою личность по видео, которое тогда снимали милиционеры. На «химии» на меня без всякой причины начали давить, приписывать нарушения и в итоге перевели в колонию в Шклов.
После освобождения в декабре 2025 года мне удалось устроиться на работу по специальности. По образованию я инженер-разработчик технологических процессов. Из-за моей «экстремистской» судимости на государственные заводы меня не брали. Поэтому я устроился на частное предприятие международного концерна Kronospan в Могилеве.
Люди в штатском
Со временем у меня сложились напряженные отношения с директором предприятия, и я решил уволиться. Однако руководство не хотело меня отпускать. И вот однажды руководство завода якобы согласилось подписать мое заявление на увольнение. Я приехал на завод, а оказалось, что там меня ждали двое мужчин в штатской одежде. Позже я узнал, что начальник службы безопасности этого предприятия — бывший сотрудник какой-то силовой структуры.
Те люди не показали мне никаких документов, сказали, что нам нужно поехать поговорить. Меня посадили в машину и отвезли в здание управления КГБ по Могилевской области. Тогда я понял, что это за люди. Я спрашивал у них, что случилось, что я натворил, но они не отвечали.
Уже в кабинете КГБ они спрашивали у меня, за что я сидел, получал ли я какую-либо помощь от правозащитных организаций, получал ли продуктовые передачи. Потом меня отвезли в другое здание, и там я проходил полиграф. Там уже спрашивали, связан ли я с иностранными спецслужбами, занимаюсь ли экстремистской деятельностью и все такое.
После полиграфа меня отвезли в арендованную квартиру, где я жил в Могилеве. Там они провели обыск. Но это происходило без понятых, без каких-либо санкций — просто сами зашли, все перерыли. Забрали у меня ноутбук и телефон.
Вербовка
Потом меня снова привезли в тот же кабинет в управлении КГБ. И один из тех людей в штатском говорит мне: «Короче, расклад такой: либо ты сегодня идешь домой, но тебе придется поехать в командировку, либо ты сегодня домой не пойдешь, потому что на твоем ноутбуке очень много файлов и у нас есть основания подозревать, что ты занимаешься промышленным шпионажем».
А я, еще когда учился в БГТУ, делал много чертежей, разных файлов, связанных с производством. И вот они это перекрутили в тот шпионаж. И поэтому сказали: «Либо на 15 лет, либо надо будет помочь стране».
Я сказал, что не хочу в тюрьму. И они мне сказали: «Тогда сейчас возвращайся домой, мы с тобой свяжемся».
Это было 30 июля. И я поехал домой в Жлобин. А 3 августа они сказали мне вернуться в Могилев и ждать встречи.
После этого они всегда встречались со мной сами и на улице. Уже во время первой встречи они стали очень дружелюбными, тон их разговоров сильно изменился. Они меня хвалили, говорили: «Ты молодец, ты сделал правильный выбор». И дальше они объяснили мне, чего конкретно от меня хотят.
Они сказали, что мне нужно выехать в Польшу и там просто жить, контактировать с людьми и периодически рассказывать им, как у меня дела и с кем я контактирую. И сказали, что самое главное — ни при каких обстоятельствах никому, особенно в Польше, никогда не говорить об этом факте. Потому что, мол, как только я кому-то об этом скажу, моя жизнь закончится, потому что Польша сразу меня вышвырнет обратно, а они сразу меня встретят, и дальше я уже должен был сам понять, что будет.
Контролируемая связь с правозащитниками
Потом они с какого-то Telegram-аккаунта начали присылать ссылки на все правозащитные организации, которые есть в Польше, с указаниями, кому что писать. Как они объяснили, мне нужно было просто верифицироваться.
Я максимально хотел все это оттянуть. Потому что я не представлял, что в такой ситуации делать. И когда я кому-то писал, то старался сделать так, чтобы мне просто отказали и все это закончилось.
Я написал в BySol, потому что они сказали мне, что нужно получить от BySol выплату. Я писал в BySol — это длилось где-то до 20 августа. Но я им говорил, что у меня нет никаких контактов в Польше, я не знаю, где мне взять счет. И в итоге BySol мне ничего не перечислил.
И на какое-то время они затихли. Я уже подумал, что все закончилось. Но в какой-то день они мне снова пишут и говорят: «Теперь тебе нужно написать в «Вясну» и спросить уже, как тебе выехать».
Когда я написал в «Вясну», мне оттуда посоветовали обратиться за гуманитарной польской визой в польское консульство в Минске. И кагэбисты написали мне, как составить это письмо. И чтобы я написал, что меня просто уволили, потому что я был в списке «экстремистов». И сказали никому не говорить, что меня забрал с работы КГБ.
Я подал обращение в консульство 2 сентября. А 3 сентября мне пришел положительный ответ из консульства, сообщили, что я могу приезжать. И 8 сентября я поехал в Минск подавать документы.
Сразу после этого я еще написал в шелтер. Адрес этого шелтера мне сказали в «Вясне» указать в заявлении на визу как адрес, куда я поеду в Польше. И потом я нашел в интернете контакты этого шелтера, списался с ними и ждал получения визы.
Перед получением визы они на очередной встрече начали уже давать мне конкретные инструкции. Говорили, чтобы я, как приеду, никому не рассказывал о сотрудничестве, чтобы просто жил, легализовался и обрастал связями. Объясняли способ связи — через Telegram и VPN.
И дальше они объяснили мне, что нужно, чтобы тот человек, который будет со мной через Telegram контактировать, был для меня якобы старым другом. И для этого ему нужна какая-то биография. Они сами начали придумывать ему эту биографию и историю нашего знакомства.
Таким образом у него получилась легенда, что он мой бывший одноклассник, с которым мы дружим со школы, якобы вместе играем в онлайн-игры и иногда обмениваемся разными анекдотами и мемами. Он создал другой аккаунт в Telegram и начал засыпать меня оттуда мемами и анекдотами.
Еще, согласно их инструкциям, если со мной там что-то случится, я должен все отрицать и говорить, что это просто мой друг.
Еще было условие, что, если со мной что-то случится, я должен изменить аватарку в TikTok. Также мне приказали срочно заменить паспорт, так как до окончания срока его действия оставалось два года, и я срочно заменил паспорт.
Выезд в Польшу
После получения визы я купил билеты до Варшавы. Причем тот кагэбист сказал мне, на какую дату их покупать. Я не знаю, с чем это было связано, но они мне еще в том кабинете в самом начале говорили, что у меня запрет на выезд, и, видимо, к той дате этот запрет сняли. Но я точно этого не знаю.
Ночью 3 октября я заехал в Польшу. И я сразу планировал пойти в польскую службу, которая занимается безопасностью. Потому что еще когда был в Беларуси, понимал, что этим заниматься не буду. Но в то же время я понимал, что, если они поймут, что я что-то против них замышляю, то я уже не смогу выехать.
Именно поэтому я боялся еще из Беларуси как-то предупредить тех, с кем переписывался, потому что вдруг они поставили мне в телефон какую-то программу, которая может отслеживать мою переписку. И когда я уже заехал в Польшу, тот сотрудник КГБ через тот аккаунт в Telegram продолжал забрасывать меня мемами и анекдотами. Я его не блокировал, чтобы, когда пойду в польскую спецслужбу, мог показать им тот аккаунт и переписку.
Но мне действительно было очень страшно, я не знал и сейчас не знаю, какие могут быть последствия. И в итоге я решил сделать публичное заявление и рассказать все как есть, чтобы «обнулить» все эти задания и планы КГБ. Я решил для этого обратиться в «Вясну», потому что контакт с этой организацией был со мной с самого начала.
Я хочу публично заявить, что со мной произошло, и отказаться от любого сотрудничества с КГБ Беларуси».
Комментарии