Историк Пашкевич: Федута знает, что такое место в истории, и думает о нем даже за решеткой
Историк Александр Пашкевич в фейсбуке откликнулся на опубликованный сегодня почти полный текст последнего слова Александра Федуты в лукашенковском суде. Он считает, что это речь настоящего интеллектуала, которая свидетельствует прежде всего о том, что сломать за решеткой этого человека не удалось.
Я и раньше уважал Александра Федуту, а после того, как ознакомился с опубликованным сегодня почти полным текстом его последнего слова на суде, стал уважать еще больше. Ведь из этого выступления следует прежде всего то, что несмотря ни на что этот человек с очень слабым здоровьем, который явно не создан для существования в нечеловеческих условиях лукашенковской тюрьмы и специально себя к ним не готовил, морально не сломлен. Он не просит прощения или пощады у своих палачей, не кается перед ними — но обвиняет.
Притом делает это как настоящий интеллектуал — аргументировано, остроумно, взвешенно, с историческими параллелями и тонкой иронией. Очевидно, что выступление заранее основательно продуманное, осмысленное. Это не что-то отцепно-формальное, это целостный публицистический текст, который, как литературовед Федута хорошо знает, будет в будущем печататься в собраниях его произведений. И среди прочего будет способствовать определению его места и образа в истории.
А что такое место в истории — опытный историк-литературовед знает как никто другой. И думает прежде всего о нем даже за решеткой. Ведь через биографии своих героев давно понял — все пройдет, а вот это останется. Поэтому и последнее свое слово он говорит, конечно, не для судей и прокуроров, которые только антураж, а для всех нас. И для истории.
Думаю, глубокие исторические знания помогают Александру Иосифовичу не упасть духом и за решеткой. Ведь кому, как не ему, знать, что история может делать самые хитроумные зигзаги, и судьба политических узников, обреченных на самые неимоверно жесткие сроки, может измениться в одночасье и внезапно. Даже если ничего, казалось бы, этого не пророчит. Первые делаются последними, последние первыми, а судьи с подсудимыми меняются местами. Впрочем, он и сам об этом в конце речи, обращенной непосредственно к судьям, сказал. Они, конечно, это пустили мимо ушей, не их уровень. Но мы то все понимаем. И вместе с ним надеемся.
Комментарии