Ритм режима: как Лукашенко использует бал для демонстрации власти 

Среди знаковых событий в конце года — традиционный новогодний бал, где Лукашенко танцует с девушками-победительницами конкурсов красоты. Возникает вопрос: зачем политику такая демонстративная и немного архаичная, сексистская по форме традиция?

Александр Фридман замечает, что бал выглядит «нафталиновым»: организаторы пытаются перенести в современную Беларусь элемент старой европейской традиции, что кажется странным и искусственным. 

Эксперт считает, что такие балы, очевидно, могли быть вдохновлены Венским балом в Австрии, одной из немногих стран Запада, которую Лукашенко посещал лично.

«Наверное, ему понравилась сама идея блеска и торжественности, поэтому в Беларуси решили это повторить, сделав мероприятие ежегодным».

Только в австрийском контексте это часть исторической традиции, а в Беларуси, отмечает эксперт, мероприятие выглядит архаичным и гротесковым, особенно если учесть высокое количество политзаключенных и конфликт с Западом.

Прифронтовое положение Беларуси (из-за войны в соседней Украине) только усиливает диссонанс: когда вокруг кризис и напряженность, показные светские мероприятия выглядят неуместными.

Так какой смысл может иметь организация такого бала? Фридман обращает внимание на три основных момента:

• Личный комфорт Лукашенко. Политику это просто нравится. Он получает удовольствие от подобного события, и подчиненные стремятся ему угодить.
• Демонстрация элитарности. На бал приезжают представители высшего руководства, чиновники. Внешне это выглядит как «единство и сплоченность» власти. Это может быть также попыткой показать, что у них все «хорошо», что они — победители.
• Визуальный имидж. Бал должен представлять режим в глазах лояльной публики как нечто торжественное, словно перенимая «лучшие европейские традиции».

Распределение пар — по мнению собеседников — интересная деталь, которая привлекает внимание. Многие замечают, что девушка, которую раньше называли фавориткой Лукашенко, теперь танцует не с ним, а он — с другой.

Фридман объясняет: поскольку режим очень непрозрачный, люди склонны всматриваться даже в такие мелочи, пытаясь найти скрытые сигналы о отношениях и иерархии власти. 

Однако может быть так, что Лукашенко лично решает, кто с кем танцует, исходя из собственной прихоти: «Хочу посмотреть, как Вольфович танцует с Эйсмонт».

У большинства граждан Беларуси отношение к этому балу равнодушное или он воспринимается в стиле: «Ну так, у них вся власть в руках, поэтому они могут себе это позволить». Но для тех, кто серьезно анализирует состояние режима, такие вещи интересны как признаки внутренней кухни власти.

Наконец, отмечается, что Лукашенко, похоже, не беспокоит, как это выглядит со стороны. Да и — добавляет Фридман — не должен беспокоиться. 

«Если он, танцуя, просто топчется, не умея вальсировать, — ему все равно, потому что он владеет полнотой власти и не обязан никому нравиться».

В этом же ключе эксперт размышляет и о публичных выступлениях Лукашенко: когда правитель хочет поговорить с работниками завода на любую отвлеченную тему, он делает это, не беспокоясь, насколько уместны его слова в этой ситуации.

Таким образом, новогодний бал отражает суть белорусского режима: полная вертикаль власти, отсутствие прозрачности, подчинение личным желаниям лидера и намерение показать миру, что в элитных кругах царит праздник и согласие.

• 7
• 0
• 0
• 9
• 0
• 0
• 1
• 0