Итак, родственники Евгения Баскина после его ареста обратились к могилевским правозащитникам: помогите, мол, найти адвоката.
Ну ладно, не будем удивляться тому, что человек, на которого работал целый штат юристов-хозяйственников, не сообразил обзавестись еще и адвокатом по уголовным делам. Я лучше расскажу другую историю про Баскина. Тоже красноречивую.
Пять лет назад к могилевскому олигарху обратились тамошние активисты. Причем не какие-то неизвестные-непонятные, а его давние знакомые еще с институтских времен. У них не хватало денег для завершения политического проекта. Собирали всем миром – и собрали почти всю сумму. Не хватало двухсот долларов. Двухсот. Всего лишь. Баскин чаем напоил, ситуацию выслушал внимательно. И сказал решительное «нет», снабдив его железным аргументом: «У вас своя свадьба, у нас – своя». (Интересно, а что бы подумали родственники Баскина, если бы правозащитник Борис Бухель, к которому они обратились в поисках адвоката, ответил бы им: «У нас своя свадьба, у вас - своя»? Впрочем, неважно, мы таких фраз не говорим.)
То есть для успешного бизнесмена какие-то оппозиционеры, рискующие свободой и жизнью ради каких-то абстрактных понятий – «свобода», «демократия», «права человека» - были чем-то вроде марсиан.
Непонятные существа с другой планеты с зеленой кровью и головой на винтах. С той планеты, на которой есть диктатуры, репрессии, похищения и убийства, вынужденная эмиграция, судебный произвол, пытки в тюрьмах. А на его, Баскина, планете жили уверенные в завтрашнем дне успешные румяные дядьки, которым никогда ничего не угрожало. Потому что у них были не только большие деньги, но еще и неформальные отношения, которые при размахе воображения можно было посчитать дружбой, — с Лукашенко и сыновьями, министрами и вице-премьерами, губернаторами и мэрами. И крыша у них была соответствующая – не просто какой-нибудь мелкотравчатый гэбэшный опер, а только высшее, отборное, облеченное безграничной властью руководство. Они копали картошку с этими «крышами» и бегали за ними на лыжах, подобострастно держась на полкорпуса сзади, чтобы не нарушать правила игры. Их планета казалась такой надежной, чистенькой, стабильной, с рюшечками и бантиками – и вдруг взорвалась к чертовой матери, не оставив ничего, кроме недоумения: как это могло случиться, если еще вчера все было прекрасно? И даже тогда не понимали, что живут на планете рабов.
Они всегда считали, что в стране все замечательно, а те, кто выходит на улицы защищать свои права, кто защищает чужие права, кто работает в подпольных СМИ, кто печатает и распространяет листовки, кто объявляет голодовки протеста, - какие-то маргиналы. Те, кто не может денег заработать. Потому что нормальным пацанам здесь хорошо живется. А кому плохо – те сами виноваты.
Потом они долго не могут понять, куда делась эта их расчудесная планета рабов с тишиной и спокойствием, сигарными клубами и полетными листами, заседаниями в спортивных федерациях и копанием картошки в обществе высшего должностного лица. А знаете их главное отличие от нас? Они считают его президентом. И даже если не считают, не признаются в этом под пыткой. На их планете он действительно – глава государства.
Помню, как активистка «Европейской Беларуси» Юлия Степанова рассказывала о своих встречах с женой арестованного владельца «Даньков-клуба». Та искренне удивлялась, куда делись многочисленные высокопоставленные друзья, почему все их бросили, стоило лязгнуть замку в камере. Ее удивление понятно: ведь все эти люди, от таких же бизнесменов до чиновников и крышующих силовиков, развлекались в казино и ночном клубе Данькова, да еще и с теми самым девочками, которых потом вынуждали свидетельствовать в суде. Конечно, Юрий Даньков – фигура помельче, чем Чиж с Баскиным, но он тоже обитал на их планете и думал, что какой-нибудь гэбэшный начальник, который заходит раз в неделю поразвлечься, уж точно не даст пропасть. У всех обитателей этой планеты удивление после ареста намного сильнее негодования: неужели это со мной происходит? Как же так – я же свой, я такой же, я ж не из тех! Мы же вместе в Дроздах в бане парились…
Это для них – главное. Им кажется, что связь с Дроздами – охранная грамота. Не исполнение законов, не уплата налогов, не честный бизнес – только Дрозды и близкая к ним «крыша». Поэтому всякий раз, когда садятся, - удивляются: со мной такого не могло случиться!
Трудно представить себе, как какой-нибудь богатый литовец – предположим, владелец Maxima Нумавичюс – копает картошку с Далей Грибаускайте, чтобы чувствовать себя неуязвимым. А потом в Европе начинается экономический кризис, и Даля Грибаускайте решает посадить Нумавичюса, чтобы вытрясти его кошелек. Он едет в сторону белорусской границы со скоростью 220 километров в час, но литовская полиция совместно с департаментом охраны края и уцелевшими с войны лесными братьями вводят план «Перехват» и доставляют бизнесмена в Лукишки. Абсурд? Для Литвы или любой другой европейской страны – конечно, абсурд. Для нас – нормально. И для России, кстати, тоже. Союзники по социалистической Евразии друг друга всегда поймут. Европейское общество – никогда.
Можно, конечно, фантазировать и дальше. Глава концерна «Мерседес» собирает ячмень для баварского пива с Меркель, а потом бежит в сторону ближайшего порта, чтобы доплыть до Калининграда. Владелец Zara Амансио Ортега собирает маис с премьер-министром Испании и бежит через Атлантику в сторону Кубы, зажав в зубах мачете, чтобы защищаться от акул. Впрочем, уровень абсурда и так понятен. Ни тому, ни другому, ни третьему, ни еще сотням тысяч не нужно перед телекамерами заниматься сельхозработами с главами государств, чтобы получить охранную грамоту. Потому что в Европе единственная пожизненная охранная грамота – это честный прозрачный бизнес. И никаких лишних телодвижений, никаких лопат и клюшек. Это называется - планета людей.
А у нас успех в бизнесе достигается через картофелекопалку, клюшку, лопату, лыжи. И с четкой границей между теми, с кем разрешено разговаривать, и всеми остальными.
И когда в интернете обсуждают, жалко ли Чижа и Баскина, могу сказать с уверенностью: не жалко. Нет ни жалости, ни злорадства – вообще ничего.
Потому что их чистенькая стабильная планета, отдельная от Беларуси, взорвалась, как «Челленджер», и на ее месте образовалась пустота. Вакуум. Космос. А в космосе нет ни жалости, ни злорадства. Ни прошлого, ни будущего. Там даже картошка не растет, а хоккейная клюшка зависает в пространстве – и уже не нанести удара.
Покончил жизнь самоубийством парень из Молодечно, который перед свадьбой сделал своей невесте татуировку, от чего она умерла15
Комментарии