О чем молчат идолы: как археология помогает изучать белорусскую мифологию

Археологические материалы остаются одним из главных источников для реконструкции мифологических и религиозных представлений предков белорусов. Письменных свидетельств о них сохранилось очень мало, поэтому исследователи сопоставляют археологические находки с этнографическими и письменными источниками и на этой основе строят свои гипотезы. Однако археологические материалы имеют свою особенность — они «молчаливы».

Даже если учёные находят каменного идола, как доказывает Скварчевский, они редко могут со всей определённостью сказать, какому именно богу он посвящён и какие обряды совершались рядом. Всё, что остаётся исследователям, — это создавать гипотезы на основе образов и атрибутов найденных артефактов.

Верховляны: святилище, которое жило веками

Одной из самых интересных находок в истории белорусской археологии считается Верховлянское святилище (Берестовицкий район), которое исследовал археолог Эдвард Зайковский. Его основная площадка была раскопана, поэтому учёные могут довольно подробно представить строение святилища. Оно было окружено валами и рвами, площадка была мощёной, там поддерживался огонь, а в центре археологи обнаружили яму от столба. Предполагается, что на этом месте мог стоять деревянный идол.

Верховлянское святилище не было уникальным по своей конструкции. Оно относится к типу так называемых малых городищ-святилищ — круглых площадок диаметром около десяти метров, окруженных рвом и валом. В центре подобных объектов часто находят столбовые ямы, что позволяет предполагать существование там деревянных конструкций или идолов.

Как отмечает Скворчевский, археологические материалы, обнаруженные на городище, датируются XI веком, то есть временем сразу после официальной христианизации кривичей и дреговичей. Но тем не менее это языческое святилище продолжало действовать. Возможны два варианта. Либо христианизация этой отдалённой территории не произошла мгновенно. Либо здесь тогда жили не славяне, а балты, которых русские князья не крестили.

Археолог Эдвард Зайковский нашёл там вещи, относящиеся даже к XVII веку. Скварчевский обращает внимание, что в письменных источниках того времени в этой местности, на территории современного Берестовицкого района, упоминается население, которое называли «старая литва». По словам историка, письменные источники фактически прямым текстом говорят, что это по сути языческое население. Поэтому он допускает, что позднейшая активность на территории святилища могла быть связана именно с ними.

Как отмечает Скворчевский, в мемуарах Антония Храповицкого XVII века упоминается холм неподалёку от Верховлянского святилища, на котором стоял «камень прикрытый». К нему приходили люди в надежде избавиться от болезней. Во время археологической разведки в 2009 году в той местности нашли объект, похожий на Верховлянское святилище, но меньший по размерам. Он пока не исследован.

Павялічыць

Тайна Гольшан

Верховляны — не единственный пример, когда археологические находки перекликаются с письменными свидетельствами о сохранении древних культов сквозь века. Подобную историю Скварчевский рассказывает и о Гольшанах, где он более десяти лет участвовал в археологической экспедиции. За это время исследователи сделали там немало интересных находок, в том числе связанных с духовной культурой населения этих мест.

Одной из них стал необычный объект на Гольшанском селище, который, по словам Скворчевского, мог быть частью приусадебного жертвенника. Археологи нашли мощёную площадку, на которой стоял камень. Сама мостовая была заполнена углём — очевидно, около камня жгли огонь. Там же нашли много пережжённой керамики и костей. Всё это даёт основания предполагать, что площадка могла иметь не просто хозяйственное назначение, а использоваться для определённых ритуальных действий.

Интересно, что и в этом случае археологическая находка получает дополнительный контекст благодаря письменным источникам. Скворчевский напоминает, что в железном веке и позднее территория Гольшан относилась к ареалу культуры восточнолитовских курганов, связанной с балтской традицией. А спустя века некоторые местные культовые практики попали уже на страницы письменных документов.

В XVI веке иезуиты, которые ездили по деревням и занимались распространением католичества, оставили письменные свидетельства о сохранении у местного населения прежних культов.

В иезуитских отчётах, в частности, упоминались приусадебные каменные жертвенники. Из этих свидетельств следует, что в XVI веке такая традиция ещё оставалась живой. Поэтому Скворчевский допускает, что обнаруженный археологами объект на Гольшанском селище также мог быть подобным приусадебным жертвенником.

Старые и новые находки

Среди других важных находок Скворчевский выделяет Шкловского и Волковысского идолов. Проблема Шкловского идола в том, что это случайная находка вне археологического контекста. Исследователи не могут точно определить, где он первоначально стоял и с каким комплексом был связан. Волковысский идол, наоборот, был найден около городища. Он был разбит, сброшен вниз и позднее закопан. Сейчас его можно увидеть во дворе Гродненского музея истории религии.

Точно подсчитать количество древних святилищ на территории Беларуси пока невозможно. По мнению исследователя, сакральных мест должно было существовать много: свои святыни могли иметь отдельные поселения, а кроме них существовали более значимые места, которые посещали жители более широкой территории.

Однако хорошо исследованных археологами памятников немного. Помимо Верховлянского, Скворчевский упоминает Ходосовичское святилище в Рогачевском районе, которое было полностью раскопано. На многих других предполагаемых сакральных объектах проводились лишь небольшие исследования, поэтому даже их интерпретация как святилищ может оставаться дискуссионной.

Известно также несколько десятков каменных идолов или их фрагментов. Однако это не означает, что все культовые скульптуры делали из камня. Деревянные предметы сохраняются значительно хуже. Редкий пример такой находки происходит из Осовца, где была обнаружена небольшая деревянная культовая скульптура. По мнению исследователя, она имела сакральное значение и может быть отнесена к числу идолов.

Случайная находка

Особенно значимой для самого Скворчевского стала находка, сделанная в прошлом году. Причём нашёл её не исследователь, а его шестилетний сын — мальчик случайно заметил каменного идола.

Как и многие другие известные каменные идолы, это была случайная находка вне археологического памятника, а значит, без контекста, который мог бы помочь исследователям точнее определить её происхождение. Сначала внимание мальчика привлёк камень, который выглядел необычно. При ближайшем осмотре на нём заметили явно искусственную, обработанную линию. Когда небольшой камень достали и перевернули, выяснилось, что на нём можно рассмотреть лицо, а обработанная поверхность выделяет голову и шею.

По словам Скварчевского, ранее эта находка в научной литературе не описывалась. Пока исследователь не раскрывает ни место, где был найден идол, ни других подробностей: он планирует впервые опубликовать находку и историю её открытия в книге, над которой сейчас работает.

Каким богам поклонялись в белорусских святилищах?

Несмотря на известные археологам святилища и находки идолов, связать конкретные сакральные памятники на территории Беларуси с определёнными языческими богами исследователи пока не могут. Как объясняет Скворчевский, даже если археология подтверждает сакральный характер места, она обычно не даёт ответа на вопрос, кому именно там поклонялись.

Показательный пример — уже упомянутое Верховлянское святилище. Археологи нашли в его центре столбовую яму, поэтому есть основания предполагать, что там некогда стоял идол. Рядом есть ещё одна интересная деталь: поле за святилищем называется Перуновым.

Однако Скворчевский предостерегает от искушения сразу связать этот памятник с культом Перуна. Название имеет поле, а не сама горка, на которой находится святилище. Поэтому утверждать, что именно здесь поклонялись Перуну, нельзя.

Более того, среди известных сегодня сакральных памятников Беларуси нет такого, который исследователи могли бы уверенно связать с конкретным божеством. Но это касается в первую очередь рукотворных объектов — святилищ и других мест, созданных или обустроенных человеком. Рядом с ними существует другая большая категория святынь — природные сакральные объекты, в частности, святые камни.

По словам Скворчевского, сегодня в Беларуси известно около полутысячи сакральных камней. Не все они сохранились до наших дней: часть известна только из письменных и этнографических источников, другие исследователи находили во время экспедиций, которые активно проводились с 1970—1980‑х годов. Среди этих валунов есть и такие, названия которых непосредственно связаны с именами языческих богов. Например, в Сенненском районе известны два валуна, которые называют Перун. Камни с таким названием встречаются и в других районах Беларуси. Под Минском находится камень Велес, ещё один камень с таким же названием известен в Браславском районе.

Павялічыць

Однако даже имя языческого бога в названии камня ещё не означает, что перед нами святыня, существовавшая с дохристианских времён. Скворчевский обращает внимание на важное для исследователей различие: далеко не все так называемые объекты сакральной географии имеют непосредственную историческую связь с культами древнего язычества.

Например, неизвестно, когда именно начали почитать один из камней Перун в Сенненском районе. Это могло произойти ещё в бронзовом веке, но с таким же успехом — только в XVIII веке. Надёжных сведений, позволяющих точно датировать возникновение этого культа, нет.

Более того, письменные и архивные источники показывают, что новые сакральные места возникали в различные исторические эпохи. Такие процессы можно наблюдать даже в наше время. Люди могут начать почитать источник, камень или дерево, которые раньше не имели никакого сакрального статуса.

Скворчевский связывает это с так называемым «сакральным прецедентом» — событием, которое воспринимается людьми как необычное, чудесное проявление божественного в конкретном месте. Именно такое событие может придать обычному природному объекту новый статус и превратить его в святыню. И произойти это может в любую эпоху.

В результате возникает парадоксальная на первый взгляд ситуация. По своей сути такая традиция может быть мифологической и даже языческой по характеру, но это совсем не означает, что она дохристианская по своему происхождению. Иными словами, «языческое» в этом случае не обязательно означает «древнее».

@turcentersenno ⚡️⚡️⚡️В сердце Витебской области, в деревне Расходно Сенненского района, хранится настоящая природная загадка — камень-валун «Перун». Этот величественный камень, словно застыл во времени, несёт в себе силу и магию древних легенд. Его могучая форма и загадочная история привлекают тех, кто ищет связь с природой и наследием предков. По преданию, именно здесь Перун убил самого могущественного дьявола, предводителя всего нечестивого братства. На камне можно заметить следы гостей: браслеты, свечки, статуэтки. Загадочность и особый антураж камню предает заросшая мхом деревянная табличка и место, где камень находится. Это стоит увидеть своими глазами! #сенненщинатуристическая #сенно #belarustravel #путешествие ♬ оригинальный звук - Туры, маршруты, экскурсии

Хорошо это видно на примере тех же камней Перун. Об одном из валунов в Сенненском районе сохранились сведения, что около него праздновали Купалье. На первый взгляд такое сочетание — имя Перуна, сакральный камень и купальское празднование — может выглядеть почти прямым свидетельством древнего языческого культа. Но, как подчёркивает Скворчевский, даже это ещё не позволяет утверждать, что камень почитали в дохристианскую эпоху. Археологические раскопки около него могут вообще ничего не обнаружить или дать материалы только позднего Средневековья.

Именно поэтому исследователь критически относится к распространённой привычке автоматически называть подобные святыни памятниками древнего язычества. При строгом научном подходе необходимо различать возраст конкретного сакрального места от характера традиции, которая с ним связана.

Поэтому камень под названием Перун действительно может быть частью мифологической традиции, но это ещё не означает, что около него стояло святилище и люди молились Перуну, например, в VII веке. Впрочем, подчёркивает Скворчевский, более позднее происхождение такой традиции никак не делает сам объект менее ценным и значимым для исследования белорусской мифологии и народной культуры.

• 3
• 1
• 1
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0