Милинкевич оставил в наследство концепцию, которая остается жизнеспособной и актуальной. Пишет Микола Бугай
Спокойный, интеллигентный политический стиль Милинкевича контрастировал с популизмом, свойственным многим постсоветским политикам. В наследство от Милинкевича остаётся и жизнеспособная политическая концепция. Он стремился посеять грибницу, из которой, казалось ему, при благоприятном климате сами собой вырастут грибы.
Политика — это искусство возможного. Милинкевичу-политику выпал нелегкий период. Идти на выборы 2006 года нужна была уже не просто смелость, а мужество. Это было после эмиграции Позняка, после установления диктатуры и после убийства оппозиционных политиков. И, главное, после того как в России к власти пришла группа Путина и Москва взяла курс на восстановление империи.
Победа Майдана в 2004 году дала людям надежду, но и показала прихватизаторам Беларуси, что может случиться, если дать нации волю.
В 2006 году Милинкевич видел свою задачу в том, чтобы пробудить общество, вдохновить молодежь на деятельность и при этом избежать пролития крови, не спровоцировать репрессий.
Он был сторонником постепенности — в духе Антона Луцкевича в этом смысле.
Он был не склонен к картинным заявлениям. Спокойный, интеллигентный политический стиль Милинкевича контрастировал с популизмом, свойственным многим постсоветским политикам. При этом ему удалось создать привлекательную персональную альтернативу автократу.
«Выборы 2006 года были единственными, на которых я символически голосовал не просто за альтернативу Лукашенко, а за человека, который полностью соответствовал идеальному для меня образу руководителя Беларуси. И хотелось, чтобы этот руководитель был именно таким», — написал историк Александр Пашкевич.
Милинкевич годами колесил по стране на своем, помнится, стареньком двухсотом «Мерседесе», выстраивая сеть общественных и культурных центров — сея грибницу, из которой, как ему казалось, при благоприятном климате сами собой вырастут грибы. Не такие, как там кому-то нужно или хотелось бы, а такие, какие позволят климат и природные условия. С грибницей трудно бороться: даже когда валят лес, она остается.
Корни Милинкевича — из Берштов, которые он безмерно любил и где бы хотел доживать, но в итоге был лишен этого. Он был политик консервативный, влюбленный в свою землю, язык, независимец, который видел свою цель в том, чтобы вывести свой народ из российской неволи. Но постепенно.
«Линия Милинкевича» — осторожность в тактике при твердой ориентации на Запад и вере в самоорганизацию общества — остается жизнеспособной и актуальной.
-
400‑тысячная статья опубликована на сайте «Нашай Нівы». А о чем были 300‑тысячная, 200‑тысячная, 100‑тысячная?
-
А мы вам говорили: «не думайте, что это копейки»! Стали известны данные, сколько подоходного белорусы Литвы перечислили различным общественным структурам
-
Если вы работаете в Польше, то можете за минуту поддержать «Нашу Ніву» 1,5% подоходного, не потратив ни гроша. Вот как
Комментарии
Мілінкевіч шмат разоў казаў пра злачыннасць камунізму і самой савеччыны, але нешта не бачна, каб новыя апазіцыянеры прыслухаліся, агульна пра народ Беларусі не кажучы.
Такім чынам, заставаўся адзін варыянт чакання калі ўсе дзеці + ўнукі + праўнукі і прапраўнукі Аляксандра Рыгоравіча скончаць вузы Масковіі і Кітаю спадзявацца на палітычныя змены ў РБ.
З папулізму ў Аляксандра Уладзіміравіча быў толькі шлях РБ у ЕС. А ўсё астатняе бчб. То бок не прымальнае, не рэальнае для Беларусі.
У 2006 я за яго галасаў у Нью_Йорку.
Менавіта! На жаль, у новай апазіцыі надта шмат тых, для якіх гэта ўсё ня важна, бо трэба гендарныя квоты ці нейкі фемквір праект запусціць, найлепш на расейскай. Усё менш спадзеваў, што ў Беларусі будзе нармальна, калі сыходзяць такія палітыкі.