«Женя согласился на стройку, а не воевать. И только когда выйдет из запоя!»: как продали в российскую армию жителя Лиозно. Жертва не одна
Евгений Симоненков вышел из дома выпить с гостями из Смоленска, а очнулся уже в российской армии. И так обошлись не только с ним. Перед тем как идти в мясной штурм, мужчина говорил с белорусской следовательницей и, вероятно, намеренно сдался в плен, чтобы попасть домой. Подробности.
Ранее «Наша Ніва» рассказывала, что Оксана Антипенко из Лиозно ищет своего сожителя — Евгения Симоненкова, — который попал в российские штурмовики при неожиданных обстоятельствах.
«Приехали двое армян из Смоленска к знакомому, позвали нашего выпить, тот вышел — и больше не пришел! Принудительно вывезли и продали в воинскую часть в штурмовики! Карточки забрали и пользовались его деньгами», — возмущалась она в интернете.
Скоро после публикации стало известно, что Симоненков жив и уже в России — он попал под обмен украинской и российской стороной.
Когда Симоненков вернется в Беларусь, неизвестно — контракт с российской армией у него подписан. Но уже становятся известны другие подробности этой истории, которая оформилась в уголовное дело против тех самых вербовщиков.
Оказалось, что Евгений Симоненков — не единственная жертва жителей Смоленска Никола и Ашота Алексанянов.
Родственники новоиспеченных российских военнослужащих считают, что человек, который подсказывал армянам личности местных алкоголиков, это Николай Парынкин из Лиозно. При этом он, считают в городке, сам не сильно наварился.
«Он и Сашу Лазукова подставил! За бутылку водки армянам сдал!» — говорят лиозненцы.
Александр Лазуков — 45‑летний уроженец Лиозненского района с тремя судимостями. В том числе, как следует из базы Belpol, и за половое преступление.
А Николай Парынкин — животновод соседнего хозяйства. Его в свое время судили за то, что вместе с собутыльниками посреди белого дня применил насилие к соседу, чтобы попасть к тому в дом и украсть что-то.
На данный момент Парынкин на свободе.
«Идет только как свидетель. Дал показания, что Алексанян попросил его найти людей для работы на стройке в России. И он слышал только, что Алексаняны предлагали Евгению [Симоненкову] поехать на стройку, на что Женя согласился — но только когда выйдет из запоя! А его все равно повезли! Что подтверждается записями камер на границе и другим!» — рассказывают о ситуации осведомленные.
При этом Лазуков до фронта не доехал, хотя контракт подписал. Сейчас он отсиживается в какой-то российской воинской части и записывает многочисленные видео к жене и белорусскому Минобороны. Он просит помочь ему вернуться в Беларусь и разорвать контракт с российской армией.
А также уточняет, что не видел, что подписывал, и думал, что едет работать на вахту. И только в военкомате, мол, понял, что это никакая не вахта.
Также Лазуков просит завести уголовное дело на уже упомянутого Парынкина и некоего Дмитрия Михайловского.
«Любимая, люблю, от тебя только сейчас всё зависит…» — записывает кружочки в телеграме Лазуков.
Возвращаясь к Симоненкову, примечательно, что тот успел дать показания белорусскому следователю по видеосвязи с мобильника другого солдата сразу накануне выхода на штурм. Следователь убедила его, что дело расследуется.
Судя по этой информации, у этого белоруса желания воевать не было. Возможно, он намеренно сдался в плен.
«Как нам объяснили, если бы Алексаняны получили выплаты и до единого рубля передали их родным, то тогда бы их не за что было судить. А так, очевидно, это вербовка: Евгения завербовали, чтобы Алексаняны пользовались денежными средствами бойца в личных целях! Тут статей от пяти лет!» — убеждена Оксана Антипенко из Лиозно, которая надеется увидеть своего сожителя живым.
Сейчас читают
«Врачиха», адвокат, человек с камерой и несколько крепких парней. В Петропавловской Борщаговке российские спецслужбы воспользовались специфическим украинским бизнесом военного времени1515
Комментарии