Будет ли Россия снимать сливки с нефтяного кризиса из-за войны в Иране? Похоже, что да
Военные действия в Иране и блокировка Ормузского пролива затронули около 20% мирового рынка нефти. Как это повлияет на Россию и Беларусь?
Возможны два сценария развития событий
Если до начала боевых действий в Иране нефть Brent продавалась по ценам около 70 долларов за баррель, то по состоянию на 12 марта она стоит около 100 долларов. При этом на пике цены достигали 116 долларов.
По мнению специалиста департамента энергетической безопасности iSANS Евгения Макарчука, сейчас нужно держать в голове два сценария: Ормузский пролив открывается в течение ближайших 1‑2 недель или закрывается надолго. Второй сценарий Макарчук называет очень маловероятным. Если движение по каналу будет возобновлено в ближайшее время, то цены на нефть быстро начнут снижаться.
«Пока выглядит, что при прекращении войны цены на нефть опустятся даже ниже той, что была 27 февраля. Ведь цена в последнее время была завышенной из-за ожидания войны. Поэтому, если война закончится, рынок вернется скорее к ситуации января (около $ 60‑65 за баррель)», — считает Макарчук.
Россия в плюсе
Но даже в случае быстрого завершения кризиса ситуация, сложившаяся на рынке нефти, играет на руку России, так как рост цен на нефть вызывает значительный рост нефтегазовых доходов их бюджета.
«Кроме непосредственного роста цен, Иран был конкурентом России по поставкам санкционного сырья, в первую очередь в Китай. Сейчас у России нет конкурента, который готов предлагать значительные скидки, поэтому ситуация с ценой на российскую нефть в Китае может улучшиться для России и на более длительный период».
С другой стороны, добавляет эксперт, Иран был значительным союзником России в других сферах, поэтому в некоторых вопросах она может потерять даже больше. Среди таких примеров Макарчук называет прекращение строительства АЭС в Иране, которым занимался «Росатом».
В пользу России в вопросе продажи нефти Китаю также может сыграть тот факт, что в Иране есть определенные повреждения нефтяной инфраструктуры. Хотя по крайней мере пока они незначительные, на их восстановление все равно потребуется время.
«Но глобальные рынки от этого особых изменений не почувствуют, поскольку Иран экспортировал не так много нефти — до 2 миллионов баррелей в сутки», — объясняет эксперт.
Продолжительный кризис еще более выгоден Москве
Что касается второго сценария, если конфликт будет продолжительным, пролив останется заблокированным длительное время и, соответственно, цены на нефть будут долго держаться высокими, то это уже может очень значительно повлиять на доходы российского бюджета.
Соответственно, это позитивно повлияет и на ситуацию в Беларуси, поскольку Россия является ее основным экономическим партнером.
«Но пока большинство аналитиков склоняются к тому, что пролив будет быстро открыт», — говорит эксперт.
Есть нюансы
Особое внимание Евгений Макарчук обращает на тот момент, что добыча нефти в России упала в течение последних трех месяцев.
«У них ухудшается ресурсная база. Большинство месторождений старые, новые почти не вводятся, все большая доля ресурсов квалифицируется как трудноизвлекаемые. То есть рост цен — это, безусловно, рост доходов для России. Но вот сможет ли она поставить на рынок больше нефти, чем поставляла в прошлые месяцы — большой вопрос», — говорит Макарчук.
По его мнению, объемы добычи нефти в России ограничены физическими возможностями, а не спросом на внешнем рынке.
Кроме Китая, еще одним важным направлением для российской нефти является Индия. Почти 15% нефти, которая проходит через Ормузский пролив, направляется в Индию.
Соединенные Штаты Америки уже сообщили партнерам из Большой семерки, что могут ограничить ослабление нефтяных санкций против России поставками в Индию.
Комментарии