Как русский старец Артемий, бежавший из Москвы в ВКЛ, положил конец белорусскому книгопечатанию

В середине XVI века Великое Княжество Литовское было охвачено идеями Реформации. Могущественный магнат Николай Радзивилл Черный, приняв кальвинизм, активно способствовал распространению новой веры. Именно под его протекцией в 1562 году в Несвиже была основана типография. Ее создателями стали местный эконом Матей Кавечинский, проповедник Лаврен Крышковский и, конечно, Сымон Будный — выдающийся гуманист, философ и теолог.

Будный, который был идейным вдохновителем проекта, имел амбициозную цель: донести слово Божье до простого народа на понятном языке. Первым плодом стал знаменитый «Катехизис» (1562) — книга вопросов и ответов о христианской вере.

Вслед за ним вышел трактат «Об оправдании грешного человека перед Богом». Это были первые издания кириллицей на территории Беларуси, предназначенные для широкого круга православных верующих ВКЛ, которых Будный надеялся склонить на сторону протестантизма.

Московский оппонент

Однако планы Будного натолкнулись на неожиданное и мощное препятствие. В это же время в ВКЛ оказался старец Артемий — бывший игумен Троице-Сергиева монастыря под Москвой.

В России Артемий принадлежал к течению нестяжателей, выступал против церковного землевладения и критиковал пороки духовенства, за что был обвинен в ереси и сослан в Соловецкий монастырь.

Оттуда ему удалось бежать в Литву, где он нашел приют в Слуцке при дворе князя Юрия Олельковича.

Несмотря на свой статус диссидента в Москве, в ВКЛ Артемий стал ярым защитником православия. Он развернул активную полемику против католиков и протестантов, став одним из самых авторитетных православных публицистов своего времени.

Столкновение интеллектуалов

Пути Будного и Артемия пересеклись. Будный, пытаясь расширить влияние своих идей, вступил в переписку и полемику со старцем. Артемий отвечал жестко и бескомпромиссно. Он написал 9 посланий против реформационного движения, в которых критиковал западную «мудрость» и схоластику, противопоставляя им православную духовность и аскетизм.

Артемий обвинял протестантов в том, что их учение идет «от чрева», в то время как православие — «от души». Он призывал не искать «высших» знаний и не надеяться на разум, а держаться традиции и мистического опыта.

Его авторитет среди православной шляхты и простых верующих был огромен. Современники писали, что он «многих отвратил от ереси арианской и лютеранской».

Поражение белорусского дела

Сопротивление, организованное Артемием, оказалось настолько сильным, что стало одной из причин сворачивания кириллического книгопечатания в Несвиже. В письме к швейцарскому теологу Генриху Буллингеру Сымон Будный с горечью признавал: «Ваши… доводы разбиваются».

Протестанты поняли, что вести войну на два фронта — против католиков и против православных, да еще с такими сильными оппонентами, как Артемий, — бесперспективно. Они решили изменить тактику.

Павялічыць

Издание книг на старобелорусском языке для православных прекратилось. Типография перешла на выпуск литературы на польском и латинском языках, сосредоточившись на критике католицизма и дискуссиях внутри протестантского лагеря.

Это решение имело далеко идущие последствия. Белорусский язык упустил шанс закрепиться как язык религиозной и интеллектуальной полемики, уступив место польскому.

Артемий, который был вынужден бежать из Москвы, парадоксальным образом сыграл роль консерватора, затормозившего развитие реформационного движения и национального книгопечатания в ВКЛ, защищая традиционное православие от «латинской и лютеранской ереси».

• 5
• 1
• 3
• 7
• 3
• 12
• 16
• 0