Что означает для Беларуси единый рынок энергоресурсов с Россией?
На днях Владимир Путин распорядился подписать договор об объединенном энергорынке Беларуси и России. Спросили у экономиста, что стоит за этими соглашениями.
Возвращение к старым домам
Эксперт BEROC Дмитрий Крук сразу обращает внимание на то, что речь идет не о факте подписания документа, а лишь о готовности его подписать. Другой нюанс — в документе говорится о едином рынке только электроэнергии, а не о полностью общем энергорынке (включающем также нефть с газом).
Экономист напоминает, что еще в договоре о ЕАЭС был утвержден срок создания единого объединенного рынка электроэнергии во всем ЕАЭС — до 1 июля 2019 года.
«Потом сроки сдвинулись, а затем забыли. Позже эти вопросы перешли в ряды двусторонних отношений между Беларусью и Россией в рамках так называемого Союзного государства.
В декрете от 2021 года об углубленной интеграции вновь были утверждены новые сроки создания отдельных энергорынков: электроэнергии, газа, нефти и нефтепродуктов (единый рынок электроэнергии должен был заработать с 1 января 2024 года, но сроки снова сдвинули — НН).
Сейчас в путинском указе речь идет именно о рынке электроэнергии», — отмечает Крук.
Желание одно — получать ресурсы по внутрироссийским ценам
Единый рынок электроэнергии — лишь первый шаг в этих соглашениях, так как наиболее важный пункт для Лукашенко — рынок газа. Те скидки на газ, которые сейчас получает режим, наиболее существенны для поддержки устойчивости экономики Беларуси.
«Единый рынок энергоносителей власти рассматривают как синоним одинаковых цен на газ и нефть. Поэтому под созданием какого-то общего рынка по факту скрывается только одно желание — получать ресурсы по внутрироссийским ценам», — считает Крук.
Выход на единый рынок таким образом должен добавить стабильности, так как сейчас Беларуси каждые два года приходится выбивать скидки, а при создании единого рынка энергоносителей цена оставалась бы низкой по умолчанию.
Поэтому главным инициатором подобных соглашений, по словам экономиста, является именно белорусская сторона, которая все утвердила еще 27 ноября 2023 года.
«Они спешили создать соответствующую законодательную базу, чтобы это заработало до 2024 года, но российская сторона только сейчас сообщила, что готова подписать договор».
С учетом всех обстоятельств, экономист считает, что речи о каком-то прорыве идти не может.
«Россияне пока только высказывают намерение о том, что они готовы выполнить свои обязанности, которые подписали фактически еще в 2021 году».
Эксперт обращает внимание, что россияне продолжают чрезмерно затягивать сроки. Они используют эту удочку десятилетиями, чтобы затягивать Беларусь в свою орбиту.
«А у белорусской стороны не большое поле для маневра, поэтому они продолжают ждать. Они сидят в стороне и фактически просто наблюдают за тем, выполнит ли Россия взятые на себя обещания».
Экономист отмечает, что все эти шаги хоть и позволяют режиму удерживать экономику в более-менее приемлемом состоянии, делают Беларусь все более зависимой от России.
Из-за этой зависимости Беларусь вынуждена идти только по той дороге, которую укажет Россия.
Комментарии