«Сближение пожилых людей на фоне общих врагов и общего одиночества». Шрайбман об отношениях Путина и Лукашенко
Аналитик Артем Шрайбман рассуждает: Москва могла бы спокойно выкрутить руки Лукашенко, но есть причины, почему этого не происходит.
Шрайбман считает, что личные отношения Путина и Лукашенко сегодня переживают пик как минимум за последнее десятилетие. Об этом он говорил в эфире канала Carnegie Politika.
«Со стороны Путина есть явный фокус на одном направлении — украинском, который для него прокси в войне с Западом. И в этой ситуации с Беларусью отношения происходят не то чтобы по остаточному принципу, но требовательность Путина к Беларуси, судя по всему, возможно временно, но понизилась».
Шрайбман отмечает, что у Лукашенко сейчас нет особых проблем с получением субсидий, о которых он много просил у Путина. При этом взамен не требуются какие-то уступки.
«Москва могла бы спокойно выкрутить руки Лукашенко и заставить его подписать, например, единую валюту, или действительно углубить интеграцию в Союзном государстве, или пойти на военные формы интеграции вроде вступления в войну. Но тем не менее этого ничего не происходит. А поток поддержки идет. ( … ) И это не выдает какого-то наличия конфликта или острого спора».
Аналитик обращает внимание, что Путин встречается с Лукашенко чаще, чем с большинством российских чиновников. По его мнению, нет такого высокопоставленного чиновника в России, который имеет такие же длительные и регулярные аудиенции у Путина.
Причину такого состояния отношений Шрайбман объясняет следующим образом:
«Кажется, произошло некоторое такое сближение пожилых людей на фоне общих ценностей, общих врагов и общего такого одиночества в этом опасном мире.
И проявление этого именно в том что, несмотря на то, что Беларусь не сдает какие-то необратимые куски своего суверенитета, Путин продолжает не отказывать Лукашенко в его просьбах по кредитам, рассрочкам кредитов, ценнике на газ, субсидиях на нефть, скидках на ту же логистику».
Шрайбман подчеркивает, что ему кажется, что в ситуации, когда Путин все больше чувствует себя «осажденной крепостью» или «создателем нового миропорядка», относительно стабильные союзники начинают больше цениться. Лукашенко его единственный союзник в Европе (если не считать Орбана), и, соответственно, его акции как союзника в такой ситуации возрастают.
В ситуации меньшей напряженности, когда Путин сможет еще выйти из сегодняшней конфронтации во что-то более управляемое, акции Лукашенко снова пойдут вниз».
Второй момент, на который обращает внимание аналитик, это недоверие между Лукашенко и Путиным из-за противоположности базовых стратегических интересов двух режимов.
«Они взаимодействовали десятилетиями. Лукашенко знает, что в случае чего Путин съест его и не подавится, и Беларусь вместе с ним. И не будет думать о том, как бы его не обидеть. И Путин знает, что, как только будет возможность, Лукашенко в самую первую лазейку вскочит, если там будут его ждать какие-то бонусы и бенефиты». Осознание того, что друг другу нельзя доверять до конца, по мнению Шрайбмана, «остается дамокловым мечом над этими отношениями».
Читайте также:
Шрайбман предлагает Западу пересмотреть стратегию в отношении Беларуси
Шрайбман предложил неожиданный вариант переформатирования демократических сил
-
«Мне говорили: ты говоришь как канадский эмигрант». Сергей Шупа рассказал о Вильнюсе 90-х, сравнении литовской литературы с белорусской и различиях между народами
-
Лукашенко ведёт себя в «Макдональдсе» как в советской столовой. И думает, что это круто
-
Путин уже поздравил Моджтабу Хаменеи, а Лукашенко нет. Чего ждёт?
Комментарии