«Не понимаю, кто такой Воскресенский и почему он мне пишет». Блогер Эдуард Пальчис дал интервью из-за решетки
Эдуард Пальчис был задержан 27 сентября 2020 года, тогда ему присудили 30 суток административного ареста. Однако на свободу он так и не вышел, его перевели в СИЗО. Эдуарда обвиняют в организации массовых беспорядков, ему грозит до 15 лет. Правозащитники признали блогера политзаключенным, а власти признали канал Эдуарда экстремистским. Его жена Виктория беременной выехала из Беларуси, родила дочь уже за границей. Эдуард смог из-за решетки кратко ответить вопросы «Нашей Нивы».
Наша Нива: Ожидал ли задержания?
Эдуард Пальчис: Уже в июле я понимал, что если за мной придут — поеду по серьезному делу, поскольку имел уже административку.
НН: Ожидал ли такой жестокости от белорусской системы?
ЭП: Эта система — наследие СССР. Поэтому ничего нового в этом нет. Но, в принципе, подсознательно хотелось верить, что человечного в ней больше, чем бесчеловечного.
НН: Почему не уехал раньше?
ЭП: Насчет отъезда — глобально не было в планах на 2020-й сбежать куда-нибудь. Я вообще планировал провести этот год спокойно.
НН: Что было самым тяжелым за этот год под стражей?
ЭП: Даже через телевизор понимаю, что TikTok захватывает мир.
НН: Изменились ли взгляды за это время?
ЭП: Кардинальных перемен нет.
НН: Что помогает держаться?
ЭП: У меня замечательная жена, семья, друзья. С ними держаться можно хоть 10 лет.
НН: Как не сойти с ума за решеткой?
ЭП: Если воспринимать камеру как монастырскую келью и больше читать, то мозги всегда будут в порядке.
НН: Чего не хватает?
ЭП: В первую очередь — информации. Информационная блокада. Также не хватает общения с женой и дочерью.
НН: Похудел ли ты за это время?
ЭП: Немножечко. Но адвокат говорит, что очень хорошо похудел.
НН: Не планируешь писать? Может быть, книгу?
ЭП: Мысли о книге были. Но когда выбираешь между написанием книги и украинским комедийным ток-шоу, то я выбираю ток-шоу.
НН: Как доходят письма?
ЭП: До апреля 2021-го с почтой все было более-менее нормально. Доходили письма от чужих людей, отправлял свои тоже нормально. С апреля письма почти не приходят. Разве что от родственников, и то не все. Если я не ответил на ваше письмо — значит, оно до меня не дошло.
НН: Поступали ли предложения о покаянном интервью или о том, чтобы написать прошение о помиловании?
ЭП: Интервью не предлагали. Но пришли два письма от Воскресенского. Но я что-то пока не понял, кто это и почему он мне пишет.
НН: Как ты себя воспринимаешь: жертвой или героем?
ЭП: Учитывая, что я в стране, где всех сажают, то воспринимаю себя обыкновенным гражданином.
НН: Не разочарован ли тем, что изменения в стране не наступили так быстро, как ожидалось?
ЭП: Я даже рад, что все затянулось. Поскольку до 2020-го в белорусах в политическом смысле было много наивного и детского. Если бы все произошло быстро и просто, то нация бы не сделала важных выводов, которые, я надеюсь, она сделала теперь. Все настоящее и достойное дается через испытания. Поэтому мы и переживаем уникальное время, пусть и тяжелое. Это нужно использовать для осознания настоящего и доброго, будущего и прошлого.
НН: Чего ты ждешь?
ЭП: Жду, что будет закрыт суд и реальный срок. Даже заждался: когда же уже колония?
НН: Сожалеешь ли о чем-нибудь?
ЭП: Сожалею, что на Володарке нет глазированных сырков на отоварке. Все будет хорошо! А самые вкусные — березовские сырки.
Комментарии