Анна Северинец: Не становитесь на сторону системы — станьте на сторону ребенка

Если представить себе все это в масштабе, если посмотреть сквозь стены и крыши, если пролететь в эти дни над Беларусью на волшебном квадрокоптере, то можно увидеть, как в Гродно и Витебске, в Бресте и Гомеле, в Ивацевичах и Руденске, в Петрикове и Мяделе школьники перекрашивают волосы в натуральные цвета.

Кто-то просто перекрашивает — ну пристали взрослые, ну что поделаешь. Кто-то делится с подругой обидой и злостью — чем мешали им мои фиолетовые пряди? Кто-то шмыгает носом под суровым материнским взглядом. Но с каждым днем в Беларуси становится меньше подростков с крашеными волосами.

«А если они все покрасятся в разные цвета и придут в класс, что это будет?!» — ответила вопросом на вопрос строгая чиновница системы образования («А что не так с крашеными волосами?» — спросили ее). Я честно попыталась представить себе, что это будет. Представила. Будет класс детей с крашеными волосами. Класс как класс, ботаники — на месте, хулиганы — тоже, никто не стал умнее или глупее, хуже или лучше, просто у них крашеные волосы.

Я знаю одну женщину — она следит за дресскодом в своей школе. По правде, она там вообще заведует воспитательной частью. Три дня назад она при других детях накричала на девятиклассницу за то, что девочка пришла в школу не заплетенной. «Что?! Ты в зеркало себя видела?! Лахудра! Что это за вид?! Пошла отсюда! Села она! Ты не имеешь права здесь находиться, ученицы так не выглядят!» Интересно, почему в школах до сих пор не запретили взрослое хамство, зато запретили крашеные волосы?

Да, они сильно крутые — сегодняшние дети.

Они выросли без голода и нищеты, мамы и папы водили их в образовательные центры и на западные мультики, читали им скандинавские сказки и то и дело включали альбомы Лявона Вольского. Эти дети любят свободу и знают, что имеют на нее право. Их трудно испугать. Они привыкли, что их взгляды имеют право на существование. Они красят волосы в синий и розовый. Они готовы противостоять взрослым, во всяком случае — в вопросе цвета. Наверное, некоторые взрослые могут счесть это опасностью для государства.

Тогда эти взрослые забросят разработку новых программ и учебников. Забудут про реформы и компетентностный подход. Станут единым фронтом. И не позволят! Не позволят! Никаких! Крашеных! Волос! В самое ближайшее время школы обязаны будут разработать внутренние документы. Созвать родительские собрания. Преодолеть сопротивление. И сделать так, чтобы у всех детей были волосы строго определенных цветов.

Это страна, в которой мы живем. У нее такие правила. Большинство взрослых у власти считает крашеные волосы опасными. Что же. Видимо, так и надо. Видимо, и впрямь. Доченька, ну что уж. Ну давай. Будем перекрашивать. Я сказала — перекрашивать! А ну марш в парикмахерскую!

Я хотела попросить родителей. Какое бы решение ни приняли ваши дети — перекрашивать или не перекрашивать бедовую свою голову — просто поддержите их. Не становитесь на сторону системы — станьте на сторону ребенка. Решит он идти на компромисс и краситься по правилам — это решение, достойно уважения. Решит сопротивляться — и это тем более уважения достойно. Как бы то ни было — давайте их поддержим. Нет такой обязанности у родителей — быть оружием в руках государства. Защищать и поддерживать своих детей — такая обязанность у нас есть.

И я хотела попросить детей. Дети. Какого бы цвета не были ваши волосы сегодня и завтра. Никогда, никогда не забывайте про то, как смешно, нелепо и жалко выглядят взрослые, которые вместо важных взрослых дел требуют от детей перекрашиваться.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0