Северинец рассказал, как на Окрестина ему организовали чудовищную газовую атаку
Павел Северинец рассказал, как сотрудники Окрестина превратили его двухметровый карцер в туалет для целого этапа людей, отключив воду, а после жалоб на невозможность дышать — с хохотом распылили в запертой бетонной коробке целый баллон освежителя воздуха.
bГазовая атака на Окрестина, июль 2020.
Просыпаюсь в окрестинском карцере ещё до подъёма — где-то во двориках кричат люди. Прислушиваюсь — просятся в туалет. Видимо, ещё с вечера вывели на этап, а автозаки на Жодино ещё не приехали.
Ропот нарастают, переходят в крики.
Подъем. Слышу, зашевелились сотрудники, лениво переговариваются с людьми. Начальство еще не приехало, никаких приказов нет, поэтому ответ один:
— Терпите.
Наконец, смена. Проверка. Меня переводят в соседний карцер — такой же бетонный ящик с деревянной нарой, прикрепленной к стене.
А людей из двориков начинают выводить в туалет — в мою камеру.
Слышу:
— Командир, а как смывать? Воды нет!
— А руки где помыть?
— А где вода?
— А туалетка хоть есть?…
Сотрудники хлопают дверями в коридоре:
— Быстрей давай.
— В темпе там!
Очередь идет. Час. Два. Три.
Ничего себе этап, думаю. Половину Окрестина вывозят — видимо, разгрузка перед «выборами».
А за дверью конвой и сотрудники что-то развеселились, хохочут, людей подгоняют. Наконец, перекликаются:
— Ну что там, все?
— Все.
— Давай, заводи этого назад!
И тут у меня мурашки по коже. Е-мое. Не может быть.
Точно. Открывают карцер:
— Пошли назад.
— Вы что, издеваетесь? Воду включите хотя бы!
— Выходим, сказал!
Так и есть. Меня заводят назад — в камеру 2 на 3 метра без воды, где только что десятки людей сходили в туалет. Июль месяц. Не буду описывать, во что там превратилось «очко» и какой стоит дух. Дышать невозможно. Режет глаза.
Барабаню в дверь.
Открывают снова, заходят втроем.
— Положение для обыска принять!
Руки на стену, стою, обыскивают для вида (все равно нет ничего). Выдавливаю из себя:
— Что за издевательства — соседний же карцер пустой стоит! Хотя бы окно откройте!
— А что, плохо пахнет?
Приглушенно посмеиваются, но слышу, самим тяжело.
— Сейчас будет лучше.
Боковым зрением вижу: один что-то подает начальнику смены, все отступают в коридор, и «старшой» долго, с шипением распыляет в камеру освежитель воздуха. Целый баллончик. Хлопают двери. Хохот.
В камере настоящий туман — такой, что не видно стен.
Спозаю на пол — там немного воздуха. Глаз не разомкнуть. Натянул майку на рот и нос. Задерживаю дыхание. Понимаю — если сейчас глубоко вдохнуть, можно отдать концы.
А за дверью ржут, видно, по очереди заглядывают в глазок:
— Ниче не видно.
— Он там хоть живой?
Ползал по полу пару часов. Слава Богу, вентиляционное отверстие по большей части вытянуло. Но, думаю, повеселились в тот день товарищи от души.
Комментарии