Весной 1926 года случайный обвал земли на окраине Орши едва не стоил жизни любопытным подросткам, но открыл вход в загадочное подземелье. Местные жители надеялись найти там клад, но оказалось, что ходы построили не для этого.
Как сообщалось в далеком 1926 году на страницах журнала «Наш край», история этого открытия началась 18 мая. Ученики одной из оршанских школ вместе с учителями отправились на окраину города и бегали по крутому холму, возвышавшемуся над ручейком Ореховкой на левом берегу Днепра.
Дмитрий Довгяло в своей статье «Аршанскія пячоры» отмечал, что один из мальчишек неудачно прыгнул, земля под ним внезапно провалилась, и он чуть не исчез в глубоком темном провале. Когда переполох миновал, учителя заглянули в провал и увидели настоящий подземный коридор.
Сведения о странных погребах — подземных ходах — мгновенно долетели до Оршанского окружного краеведческого общества, активисты которого вместе со студентами местного рабфака сделали первый осмотр и сразу поняли, что имеют дело с рукотворной структурой.
26 мая краеведы обратились за помощью в Минск. Историко-археологическая комиссия Инбелкульта отреагировала оперативно, и уже 2 июня в Оршу прибыла представительная делегация в составе историка Дмитрия Довгяло, этнографа Исаака Сербова и опытного топографа Александра Аниховского.
Работать ученым пришлось в чрезвычайно опасных условиях, так как пещеры были выкопаны в рыхлой песчано-глинистой почве с большой примесью речного гравия. Этот слой был настолько непрочным, что грозил обвалом в любую минуту.
Исследовательница Александра Войтович в своей статье, посвященной биографии Александра Аниховского, подчеркивает важную роль этого специалиста в фиксации памятника. Именно он взял на себя сложную техническую часть и составил детальный план подземелий.
Документ зафиксировал запутанную систему из трех основных коридоров, где главный проход тянулся вглубь горы более чем на пять метров, имея около двух метров в высоту и около метра в ширину. От него отходили еще два коридора, длина самого большого из которых превышала восемь метров.
Архитектура этих земляных погребов поражала своей продуманностью, так как неизвестные строители делали стены с правильным старчовым наклоном, а сводам придавали полукруглую или остроугольную форму для прочности.
Вдоль коридоров ученые обнаружили значительные выемки-ниши, а также небольшие печурки, верхи которых были плотно покрыты сажей от каганцов или свечей.
Народное сознание всегда стремится украсить любую яму в земле мифами о спрятанных богатствах, и здешние жители также искренне верили в существование бесчисленных сокровищ под холмом. Доходило даже до комичного, о чем со скрытой иронией упоминал Дмитрий Довгяло в своей публикации.
Некий гражданин Ахопик утверждал, что прошел по погребам очень далеко, но ничего ценного не нашел, поэтому из разочарования начал использовать часть заваленного коридора для хранения картофеля зимой.
Реальность, которую открыли археологи, оказалась далекой от легенд, раскопки не принесли ни золота, ни старинного оружия. Единственными артефактами, которые удалось найти под слоями обваленного песка, были небольшой фрагмент ржавого железного ножа да жестяная пушечка (коробочка— НН). Эта жестянка, скорее всего, и служила тем самым примитивным каганцом, который освещал тьму подземелья.
Монашеский след
Чтобы разгадать тайну происхождения пещер, историк Довгяло обратился к архивным документам. Автор отмечает в своей работе, что ответ нашелся в плане генерального межевания окрестностей Орши от 1783 года. Эта бумага, составленная почти два с половиной столетия назад, четко фиксировала принадлежность земли.
В документе отмечалось, что урочище принадлежало игумену Кутеинского монастыря Кириллу с братией. Кутеинский Богоявленский мужской монастырь, основанный в 1636 году и славный своей прекрасной типографией, находился всего в нескольких километрах от холма.
Ученые пришли к выводу, что пещеры являлись классическими монашескими скитами. Вероятно, еще в XVII веке кто-то из братии, ища полного удаления от людской суеты, выкопал себе эти кельи в крутом берегу над Днепром.
Пещеры под Оршей, выкопанные в непрочной песчаной почве, были обречены на разрушение самим временем. Однако этот монашеский скит — далеко не единственный подобный объект на нашей земле. Как отмечают исследовательницы Людмила Дучиц и Ирина Климкович в работе «Сакральная геаграфія Беларусі», больших природных пещер в Беларуси действительно нет, но традиция создания искусственных подземелий уходит в глубокую древность.
Авторы обращают внимание читателя на то, что еще в середине XIX века Адам Киркор исследовал пещеру с известковыми колоннами около деревни Речки на Вилейщине, которую местные жители называли Городком или Замком. Этнограф Павел Шпилевский в своих работах упоминал о пещере Татарка под Мозырем, где якобы нашли свой конец перекопские татары, а позже гомельские археологи вообще обнаружили на берегу Сожа целый комплекс из двенадцати культовых подземных сооружений первых христиан.
«Наша Нiва» — бастион беларущины
ПОДДЕРЖАТЬ
Комментарии
"На прыведзеным вамі гістарычным здымку 1926 года зафіксаваны сябры Гісторыка-археалагічнай камісіі Інстытута беларускай культуры (Інбелкульта). Лёс практычна кожнага з гэтых выбітных навукоўцаў склаўся трагічна: у 1930-я гады яны сталі ахвярамі сталінскіх рэпрэсій супраць беларускай інтэлігенцыі, многія былі расстраляны ці загінулі ў высылцы."