«Достижение — это то, что выжили. Живы, и слава Богу». Социолог рассказал, какой сейчас образ у белорусского режима

«Политологическая терминология не всегда позволяет понять восприятие режима белорусским обществом», — объясняет исследователь, о чем вообще его работа.

Павялічыць

И напоминает контекст. В 1990‑х Александр Лукашенко предложил обществу определенный консенсус: отказ от политических свобод, но и рисков, в обмен на безопасность и стабильность. Тогда — и долгое время после — это сработало.

Но постепенно государство все меньше обеспечивало свою «социальность», а общество становилось все более проактивным и самостоятельным. Эпидемия коронавируса в 2020‑м наиболее ярко показала разницу между словами и делами, и белорусы пожелали переформатировать отношения. Режим ответил подавлением протеста и репрессиями, которые продолжаются по сей день.

Вместе с тем, отмечает Геннадий Коршунов, нельзя сказать, чтобы власти были совсем не обеспокоены своей репутацией. Режим всячески продвигает свою патерналистскую роль опекуна и защитника «мирного неба». В апреле 2022 года более половины белорусов беспокоились возможным участием Беларуси в войне. На сегодня этим обеспокоены 28% горожан — вдвое меньше.

А что тогда волнует белорусов здесь и сейчас? Как показал онлайн-опрос, который был проведен в мае 2025 года (участвовали 512 белорусов-горожан внутри страны), в топе — экономические проблемы:

• низкие зарплаты;
• инфляция,
• рост цен;
• малые пенсии.

Недаром, говорит исследователь, задолженность белорусов перед банками в этом году достигла максимума за всю историю независимости страны: белорусам не хватает денег.

Главными же задачами государства респонденты считают обеспечение прав и свобод граждан (42%), давать возможность людям зарабатывать (40%). И только потом — внешнеполитический нейтралитет, экономический рост, безопасность и т.д. Причем рост этих потребностей людей показывают даже опросы провластных социологов.

И еще один тренд: растет доля тех, кто ждет смягчения репрессий, но реально большинство в это слабо верит. Образ государства-«защитника» становится все более тусклым.

Что предлагает власть

Даже сегодня пропаганда продвигает образ Лукашенко как «спасителя» от нищеты 1990-х, который до сих пор остается «гарантом стабильности». Но это свидетельствует в первую очередь об отсутствии других достижений.

Собственно, это подтвердило и более раннее исследование Центра новых идей, в котором социологи попросили выделить топ успехов и неудач — за последние 5 лет и за 30 лет суверенитета. Более двух третей (61-67%) респондентов не определились ни с тем, ни с другим. Еще часть написала кратко: «Успехов нет».

Те же, кто нашел, за что похвалить власти, отметили — мир, стабильность и удержание ситуации хотя бы на минимальном уровне, сохранение экономики от коллапса.

«В целом можно зафиксировать: достижение — это то, что выжили. Не развитие, не движение вперед — живы, и слава Богу», — отмечает Геннадий Коршунов.

На рубеже 2024‑2025 годов, перед так называемыми «выборами», почти половина опрошенных не могла назвать основные идеи Лукашенко — едва упоминали «мир и безопасность».

Что беспокоит

Для молодежи обеспечение прав и свобод — не в приоритетах. Только 26% молодых людей считают это важным, при этом более половины (58%) считают, что белорусские власти полностью или хорошо справляются со всеми своими задачами.

«Свидетельствует ли это, что среди молодежи тотальная зависимость, восприятие режима полностью легитимным? Я бы не согласился с таким утверждением, — говорит социолог. — Тенденция действительно наблюдается, и это очень плохая штука. Но совсем не удивительно, что это есть.

Пропаганда ведь работает не только через медиа. Ужасная механика такого рода запущена в школе: монотонное, скучное, еженедельное влияние на уроках, наглядная агитация, в тиктоке — провластные нарративы в молодежных соцсетях распространились невероятно. Все это работает и, к сожалению, дает плоды».

«Режим в Беларуси — пример авторитарного менеджера травмы, который умело сочетает роль опекуна и угнетателя, в зависимости от потребности, — резюмирует Геннадий Коршунов. — Он систематически использует коллективную травму, которую зачастую сам же и создает, как одно из ключевых орудий управления».

За последние пять лет образ режима в глазах белорусов несколько раз менялся, добавляет исследователь. По состоянию на сегодня, считает он, усиливается компонент «угнетателя», а образ «миротворца» меркнет. И дело в том, что значительная часть общества не соглашается признавать себя «жертвой», которой нужно, чтобы государство якобы опекалось, всю дорогу поддерживало и решало за нее, как жить.

• 4
• 2
• 0
• 7
• 0
• 5
• 0
• 0