Якуб Колас как главный антикризисный автор для белорусов. Новое видео на канале Андрея Хадановича
Андрей Хаданович продолжает размышлять о белорусской и мировой литературе. На этот раз он к 140-летию классика белорусской литературы говорит о Якубе Коласе и его произведении «Новая зямля».
Сегодня Хаданович рассказывает:
— что не рассказал Адам Мицкевич, но это сделал его однофамилец в поэме «Новая зямля»;
— какая она, идеальная страна для Якуба Коласа;
— почему поэт, вернувшись на родину, увидел ее совсем другой;
— почему из-за разделения Беларуси классик больше не увидел мать;
— почему язык Коласа — это фест для тех, кто способен оценить;
— как пострадали от советской цензуры поэмы Коласа «Новая зямля» и «Сымон-музыка».
Вот несколько мыслей из нового видео:
— Вот сколько надрывов и трагических подтекстов сразу в этой идиллической картине: узник, для которого Беларусь — синоним свободы, изгнанник, для которого Беларусь — синоним духовного возвращения на родину, и наконец человек, через которого по-живому разделили его идеальную Беларусь. Всего этого я и близко не изучал в советской школе. Мне рассказывали пропагандистскую басню о том, что «Новая зямля» — это социальное произведение, бунт крестьян против панского гнета. Эти интонации, безусловно, в поэме есть, но это далеко не полная картина.
— Еще одно невозможное для советской школы высказывание Коласа-релоканта, который в России скучает по родине. Хрестоматийно известна дружба двух народных поэтов Беларуси. Неслучайно, что Якуб Колас в собственных художественных произведениях, в письмах часто обращается к Янке Купале. Цитирую согласно исследованию Анатолия Трофимчика: «Браток мой милый! Случалось ли тебе когда-нибудь засесть на железнодорожной станции, ждать поезда? Вот в таком положении чувствую себя сейчас, где бы я не находился. Все жду, когда наступит возможность покинуть эту Московщину и снова оказаться среди своих людей. Скажу тебе, дружище, татарский здесь народ. Болит моя душа по Беларуси. Чувствуешь ли ты, братец, как тяжело жить на чужбине».
— Сохранилось письмо к жене, где поэт дает ей отчет: «Вчера вечером читал первый раз «Новую зямлю», прочитал шесть первых глав. Один слушатель, не сторонник белорусскости, отметил: «Я не знал, что по-белорусски можно так писать. Зарежьте меня, если я не научусь белорусскому языку». Видите, опять Якуб Колас в роли антикризисного белорусского менеджера — неубиваемый железный аргумент Белорусчины.
Комментарии