«Болит — трындец как». Водоносова рассказала об операции и нынешней реабилитации
В конце мая певица Екатерина Водоносова узнала, что у нее рак молочной железы. Недавно ей в Польше сделали операцию. В Instagram она рассказала, как та прошла и как сейчас себя чувствует.
Сезон постоперационного чилаута объявляю открытым.
Отпустили домой. В понедельник — на перевязку, осмотр и занятия по реабилитации и разработке руки.
Что я вам скажу: операция — фигня. Во время операции ты спишь, и тебе нормально. Мне, например, снилось под наркозом, что я ем бутерброды с джемом. Потом, пока через катетер тебе шпуляют стопиццот капельниц, в том числе и анаболиков, тоже ок.
Больничные койки управлялись пультиками: захотела ‒ на кнопочку нажала, и спинку подняла, захотела ‒ опустила, а ноги, наоборот, задрала, ‒ кайф. А в квартире, на раскладывающемся отстойном диване — будто аскезу на себя возлагаешь… Но любой минус можно преобразовать в плюс: например, поныть и выпросить у мужа шезлонг на балкон)) Теперь сижу как хамоватая помещица из старорежимных романов, пледом укрытая, в пижаме, смотрю на мир с высоты своего положения)
После операции вечером потеряла сознание в туалете, упала, ударилась о раковину, сейчас дома осмотрела себя, как могла — мамочки! Разбитая голова, все плечо синее, на правой ягодице ‒ гематомище… Проиграла бой тубзику.
Дренажный шланг, вшитый под кожу вместо вырезанного лимфоузла, беспокоит еще. Пару раз забывала, что на его конце ‒ бутылка, куда стекает лимфокровяная жидкость из меня (один друг назвал это «водоносовый сок»: как березовый, только тошнотворно-противный), и волочила за собой этот конструкт, как кошачий хвост с банкой на конце.
Новая грудь пока раза в два больше старой. Все говорят, что красивее, и предлагают сделать, чтобы правая, старая, была такого же размера. А я жду, пока спадет отек, и вернется мой милый добрый размер А, с которым можно хоть на батуте прыгать, хоть моделью быть: подходит все и сидит чудесно, как на вешалке.
Сама ходить пока не могу. Такое ощущение, что вместо рака меня заразили болезнью Паркинсона.
Короче, все нормально. Шов выглядит красиво, ниточки из него торчат голубые, йод вокруг кожу покрасил в золотой ‒ прямо как милый сердцу флаг [украинский], и как раз около сердца.
А на самом деле болит — трындец как. И с трубкой этой из тела, может, еще месяц ходить. И операция — это только начало. Но время, кажется, есть. Так что свой марафон пройти, надеюсь, успею.
Комментарии