«Синицы — вообще психи». Минчанка пять лет спасает в своей квартире диких птиц
Эта история началась с одного маленького птенца на тропинке. Сейчас у Юлии Воловик настоящий зоогоспиталь: под ее чутким присмотром восстанавливаются и ожидают вылета на волю более 200 птиц, пишет Tochka.by.
Широта души некоторых людей действительно поражает. Мало кто решится превратить собственное жилье в госпиталь для птиц: выкармливать их живыми насекомыми, лечить и заново учить летать, чтобы потом отпустить на волю.
Но есть минчанка, для которой это стало делом жизни.
Корреспонденты Tochka.by заглянули в гости к волонтеру Юлии Воловик и ее пернатым подопечным, а заодно узнали, каково это — делить быт с дикими птицами.
«Юля, ты встряла»
История минчанки как спасательницы началась пять лет назад в Барановичах. Семья гуляла по городу, пока муж был занят на работе.
«Сын вдруг кричит: «Мама, там камушек шевелится!» Я отмахнулась, но он подошел поближе, а там — крохотный стрижонок», — вспоминает она.
Юлия не смогла пройти мимо, и было решено приютить птенца у себя до выздоровления. Девушка занимается волонтерством уже около 15 лет, но раньше помогала только бездомным кошкам и собакам.
«Помню, в волонтерском чате «Зоошанса» мне сказали: «Юля, ты встряла». Тогда я еще не понимала масштабов моей вовлеченности», — отмечает она.
Единственная в своем роде
По образованию Юлия программист, хотя в IТ-сфере почти не работала, а до декрета профессионально занималась детской фотографией. Все ветеринарные и биологические знания она осваивала с нуля на практике.
«Мы сотрудничаем с крупными центрами помощи. Если ко мне попадает хищная птица, я передаю ее туда. А вот мелких птиц в Беларуси больше никто не спасает — центр их просто перенаправляет ко мне», — объясняет собеседница.
Несмотря на то, что через руки минчанки проходит любая певчая «мелочь», именно стрижи стали ее главной и осознанной любовью. В первый год у нее на передержке оказалось девять стрижей, а прямо сейчас Юлия готовит к вылету на юг более 50 птенцов.
Семья живет в частном секторе на окраине Минска в многоквартирном двухэтажном доме. Возможно, именно уединенное место дает волонтеру силы и простор для спасения птиц.
Рядом с домом обустроен просторный вольер — здесь восстанавливаются и общаются самые разные пернатые: от стремительных стрижей до массивных дубоносов. Самые маленькие птицы живут прямо в квартире в клетках.
Около 200 «пациентов» за год
Вести точную статистику спасенных жизней волонтер отказывается — на это просто нет времени. Поток «пациентов» в сезон напоминает конвейер, где каждый день нужно кого-то лечить, кормить и отпускать.
«За этот год я выпустила на волю уже порядка 200 птиц. Одних только скворцов за лето было больше 60 штук. Остальных я даже не считаю, это очень тяжело», — рассказывает собеседница.
Среди тех, кому Юлия подарила второй шанс на жизнь, — синицы, воробьи, скворцы, дрозды, зеленушки и множество других как привычных, так и уникальных для Беларуси птиц.
Некоторые подопечные из-за тяжелых травм перешли в статус постоянных членов семьи. У многих есть свои имена, на которые они отзываются. Например, у Юлии живут белобрюхий стриж Соня с Кавказа, пятилетний стриж Летчик, а еще дубоносы Виктор, Френки и Виктория.
«Еще у меня два удода и две свиристели. К сожалению, у всех четверых сломаны крылья, летать они никогда не смогут. Но у нас им хорошо, они полностью адаптировались к домашней жизни», — рассказывает собеседница.
Постояльцы требуют особого ухода и рациона — каждому виду птиц нужны те условия и корма, к которым они привыкли в дикой природе.
Птичий будильник
Содержать десятки пернатых в обычной трехкомнатной квартире — задача не из легких. Мужу Юлии и детям ( 12‑летнему Артемию и 10‑летней Ане) приходится мириться с необычным соседством.
Под птичий госпиталь в квартире выделена самая большая комната, но в пик сезона подопечных приходится подселять к детям.
«Сын и дочь, конечно, периодически возмущаются, что дверь приходится закрывать, из-за чего к ним не могут прийти поспать коты. Еще им мешают синицы: они просыпаются в пять утра», — объясняет она.
Но, несмотря на неудобства, ребята с удовольствием помогают маме ухаживать за птенцами.
Сын Артемий, который пять лет назад нашел первого «пациента», до сих пор регулярно приносит домой нуждающихся в помощи птиц.
Полевая хирургия на дому и слепой дятел
В квартире Юлии иногда разворачиваются драмы, достойные медицинских сериалов. Порой за жизнь пернатого приходится бороться прямо на кухонном столе, действуя по инструкциям ветеринаров.
«У меня есть знакомый врач-орнитолог в ветклинике, мы на связи. Но если врача нет на месте, а птицу нужно спасать здесь и сейчас — я шью сама. У меня живет дубонос, которому пришлось наложить 16 швов. У него полностью была порвана шея. Я до сих пор в шоке, что он выжил!» — вспоминает собеседница.
Еще один домочадец с непростой судьбой — самка дятла по имени Даша. К Юлии она попала в ужасном состоянии: в птицу кто-то стрелял ради забавы, но, к счастью, пуля прошла через голову навылет.
Один глаз пришлось удалить хирургически, вторым птица ничего не видит. В квартире волонтера она уже освоилась и живет свою комфортную жизнь.
В природе выживает сильнейший
При таком количестве подопечных Юлия за пять лет не подобрала на улице ни одной птицы. «Пациентов» минчанке поставляют со всей страны неравнодушные люди. Ведь знают, что здесь о пернатых точно позаботятся должным образом.
«Меня находят через телеграм-канал, плюс контакты передают крупные волонтерские организации. С каждым годом сарафанное радио работает все мощнее. В прошлом году у меня и близко не было такого наплыва, а сейчас несут без остановки всякую разную «мелочь», — делится собеседница.
К потерям спасительница относится по-философски — в дикой природе выживают сильнейшие. Без этого понимания заниматься реабилитацией диких животных просто невозможно.
«Птицы ведь не просто так откладывают много яиц. У синиц в кладке бывает по 10—15 штук, и часть птенцов неизбежно погибает. Это естественный отбор», — рассуждает волонтерка.
И все же, признается Юлия, утраты она переносит с грустью.
А тех птиц, которые сейчас находятся в уличном вольере, она с гордостью называет настоящими силачами.
За последнее время им пришлось перенести суровые испытания погодой — они стойко выдержали и ураганные ветры, и затяжные проливные дожди.
Пернатые истерички и любители лакомств
Вопреки стереотипам, птицы — очень умные существа со сложным поведением, утверждает Юлия.
«Обычно люди думают, что птицы глупые, но это не так. У меня живет синица, которая перенесла рак. Раньше она была совершенно дикой, панически меня боялась. Но со временем поняла: эти руки не «кусаются». Теперь она отчаянно просит обратить на нее внимание и звонко меня зовет, требуя, чтобы ее покормили с рук», — рассказывает собеседница.
Птицы быстро учатся и анализируют поведение человека. Они запоминают шаги, голоса и мгновенно понимают, когда им несут их любимое лакомство.
За пять лет практики волонтер научилась читать характеры своих подопечных как открытую книгу. Оказывается, среди птиц тоже есть свои интроверты, капризные гурманы и настоящие скандалисты.
«Самые капризные в плане еды — это стрижи. Если тот же Летчик есть не хочет, заставить его невозможно. А синицы — это вообще ходячие психи. Если берешь их в руки, они будут неистово орать, вырываться и кусаться», — делится наблюдениями Юлия.
Минувшей весной волонтеру пришлось иметь дело с другой скандальной птичкой.
В Лошицком парке лазоревка наткнулась на оставленный рыбаками крючок с наживкой и съела его. Повезло, что пернатую вовремя заметили и привезли к Юлии, где крючок благополучно извлекли. Но на протяжении всего процесса птица неистово вопила и брыкалась, затрудняя помощь.
Птичья «шаурма»
У Юлии спросили, каким навыкам пришлось научиться для ухода за больными птицами.
Как оказалось, кормление стрижей — отдельный вид искусства, который часто пугает новичков. Сами по себе с земли птицы есть не умеют, ведь в природе они ловят мошек исключительно на лету. Волонтеру приходится имитировать этот процесс.
«Многие боятся, что птиц придется кормить насильно. Мои «постоянники» уже сами едят из рук. А с новенькими процесс выглядит так: берем птицу, аккуратно пакуем в полотенце — как шаурму, открываем клюв и запихиваем еду», — делится лайфхаками Юлия.
Каждый такой сеанс требует колоссального терпения и аккуратности. Одно неловкое движение может повредить хрупкий клюв или перья, поэтому волонтер действует с точностью ювелира.
Крылатый бумеранг
Многие из пернатых не спешат сразу улетать от своей спасительницы. Двор дома превратился в своеобразную «станцию дозаправки» для выздоровевших птиц.
«Я выпускаю птиц прямо во дворе, поэтому они знают, куда можно вернуться за едой. Например, дрозды, которых я отпустила в июне, прилетали к кормушке еще недели две, пока окончательно не адаптировались к дикой жизни», — с улыбкой рассказывает Юлия.
Пару дней назад волонтер выпустила новую партию — нескольких корреспонденты заметили на крыше вольера.
«Пьяные» свиристели
Просим Юлию развенчать какой-нибудь популярный стереотип о птицах. Она без раздумий выбирает миф про «пьяных» свиристелей.
Говорят, что свиристели, поедая забродившие ягоды, пьянеют и падают без чувств, а протрезвев — улетают.
«Это неправда, в природе это так не работает. Свиристели — стайные птицы. Если одна испугалась и влетела в стекло, за ней вслепую ломанется вся стая. То, что люди принимают за «опьянение», на самом деле тяжелейшие черепно-мозговые травмы и переломы», — объясняет волонтерка.
У Юлии как раз сейчас живут две такие свиристели. Одну из них спасительнице вообще привезли из Казани. Такие птицы, к сожалению, уже никогда не полетят, но здесь они смогут жить в безопасности.
Диким птицам место на воле
На вопрос, не болит ли сердце каждый раз отпускать подопечных, волонтер отвечает жестко и уверенно. Она считает, что летная птица должна быть свободна, без вариантов. Дома остаются только те, кто не выживет на воле.
Периодически Юлия пытается пристроить птиц-инвалидов, которые могут комфортно жить в клетке, в добрые руки, но часто сталкивается с безответственностью.
«Больше всего меня раздражает фраза: «Ой, отдайте нам птичку, мой ребенок к ней так привык!» Родителям это только кажется. На самом деле за два дня привыкнуть невозможно. Это минутный каприз», — делится собеседница.
Юлия добавляет, что люди часто не прислушиваются к советам по правильному кормлению, из-за чего птицы долго не живут. Волонтеру уже несколько раз приходилось повторно спасать своих «выпускников» от человеческой «заботы».
В конце концов, дикая птица — это не домашний питомец и уж точно не игрушка, и любовь к ней должна начинаться с понимания, а не с эгоистичных желаний завести необычного питомца.
Эта фотография получила самую высокую оценку в номинации «Портреты животных»
Птицей года 2027 года стала щурка-пчелоедка
На пляже под Браславом сфотографировали очень редкую птицу
«Это будет «Артек» для животных». «Дом Брестского аиста» спасен: власти откликнулись
«Люди считают, что они спасли птичку, но это живодерство»
Помните пару студентки и преподавателя духовного училища, который старше ее на 31 год? Они расстались3
Помните пару студентки и преподавателя духовного училища, который старше ее на 31 год? Они расстались
Электронную «Белорусскую энциклопедию», созданную как пространство «достоверного знания о Беларуси», тихо ликвидировали вместе с редакцией. Массу статей передали Гигину77
Комментарии
[Зрэдагавана]