Нара Кан сбежала из Северной Кореи в 2015 году. Сейчас ей 22 года, живет в Сеуле — столице демократической, и богатой, Южной Кореи.
Нара Кан любит яркий макияж и красную помаду. Дома в Северной Корее позволить себе это она не могла. «Красная помада запрещена в северокорейском обществе, поскольку яркая косметика — это буржуазно», — говорит Нара Кан.
Режим в Северной Корее диктует, что носить и как заплетать волосы. В родном городе Нары Кан разрешалось пользоваться помадой только светло-розового оттенка, но ни в коем случае не ярко-красной. Длинные волосы надо было или завязывать в хвостик, или заплетать в косу, пишет CNN.
Северокорейская полиция моды «Гючалде» следит за внешностью людей на улицах. Девушкам нельзя носить украшения, красить волосы или распускать их. «Каждый раз, когда я выходила на улицу с макияжем, пожилые люди говорили, что я негодница, которую заразила белезнь капитализма», — рассказывает Нара Кан.
За одежду, которая считается «западной», например, мини-юбки, рубашки с надписями на английском языке или узкие джинсы, в Северной Корее можно получить штраф или иное наказание — границы свободы разные в разных регионах.
Нара Кан говорит, что молодежь Северной Кореи, однако, следит за модой. «Это не так сложно, если знать, где искать», — говорит девушка.
Черные рынки возникли во время голода в 1990-х, раньше их не существовало. На таких рынках продается всё: от фруктов до одежды и бытовых товаров. Эти рынки являются источником нелегальной продукции, которая попадает в страну контрабандой. Таким образом иностранный контент, в том числе фильмы и музыкальные клипы, которые копируют на USB-носители в Китае или Южной Корее, контрабандой попадает на черные рынки Северной Кореи. Еще один из методов передачи информации, которым пользуются в том числе правозащитные организации — бутылки с прессой, которые отправляют по морю в Северную Корею.
Комментарии