За три года войны самогонщик Костик Козловский спас более 500 евреев.
Сразу после того, как немцы захватили в 1941 году Западную Беларусь, здесь началась охота на белорусских евреев. Немногим удалось бежать. Немцы почти сразу начали создавать гетто и проводить массовые экзекуции. Евреи могли надеяться лишь на помощь местных жителей. Тысячи белорусов, рискуя жизнью, спасали своих соседей.
Уникальна история белорусского крестьянина из-под Новогрудка Костика Козловского.
Он помогал евреям всю войну и спас от Холокоста более 500 человек.
За столом, за рюмкой водки, сидят двое мужчин. Рядом хлопочет недовольная женщина. Хозяин дает гостю пистолет и четыре патрона. Мужчины, поминая покойников, выпивают по рюмке. Вдруг за окном блеснул свет фар, послышался звук подъезжающей машины. К хозяину в поисках евреев приезжают полицаи. «Быстро в хлев,» — приказывает он гостю. Тот бежит в сарай и залезает по лестнице «на вышки» — на чердак. Там уже прячется около десятка человек — беглецы из Новогрудского гетто. Пока хозяин говорит с полицаями, они, затаив дыхание, ждут. Когда полиция уезжает, мужчина с группой евреев уходит в лес. Через несколько дней немцы вешают хозяина, прикрепив к телу табличку: «Он любил жидов». Это сцены из нашумевшего голливудского фильма «Вызов» с Даниэлем Крейгом в главной роли.
Хозяин — белорусский крестьянин Костик Козловский, который живет на хуторе у деревни Мокрец под Новогрудком. Его гость — Тувия Бельский, глава еврейского партизанского отряда, основатель лесного лагеря «Иерусалим» в Налибокской пуще.
Смерть Козловского в фильме — художественный вымысел. На самом деле он прожил почти до ста лет.
В фильме Козловский — герой второго плана. В реальности же было не так.
Реальный Костик Козловский спасал евреев три года — начиная с прихода нацистов и вплоть до их бегства из Беларуси.
Родился Костик Козловский в 1886 году на хуторе Мокрец возле Новогрудка. Отец Григорий работал на мельнице у Мерца. Семья Козловских была небогатая, имела всего 1,5 гектара земли. С братьями Бельскими Костик дружил с детства. Они были соседями. Родная деревня Бельских, Станкевичи, находилась всего в километре от дома Козловских. С детства Костик умел разговаривать на идиш. Еще ребенком родители отдали его «в науку» к местному еврею-сапожнику. От него Костик и научился свободно разговаривать на языке соседей-евреев.
Козловские зарабатывали на жизнь мелкой торговлей. Костик ездил на лошади по окрестным деревням, продавал и скупал товар. Был известным в окрестностях самогонщиком. Вкус его «сивухи» знали и советские партизаны, и евреи из отряда Бельского, и местные полицаи.
Костика знали все, а он, благодаря этому, знал обо всем, что происходило вокруг.
Первая жена Костика умерла во время родов в 1938 году.
Он один растил пятерых детей.
Соседи почти не обращали на него внимания. Козловский занимался своим делом, жил на отшибе, неподалеку от шоссе Новогрудок—Лида. С дороги его хутор был невиден. Что там происходит, сельчане не знали. Да и сам Козловский был немногословен, не любил выделяться, быть в центре внимания.
Осенью 1941 года, когда немцы начали организовывать в Новогрудке гетто, лишь немногим евреям удалось сбежать. Среди счастливчиков были Тувия Бельский с женой и его братья. Жена Бельского, кстати, стала первой, кого Козловский спрятал на своем хуторе.
Летом нацисты провели вторую крупномасштабную акцию по ликвидации евреев в Новогрудке. Гибнет около 5 тысяч человек.
Тувия Бельский попросил Костика, чтобы тот пошел в гетто и передал его двоюродному брату Иегуде письмо.
В нем Тувия предлагал брату присоединиться к еврейскому партизанскому отряду в пуще. Иегуда собирался бежать и раньше, но был напуган слухами о том, что советские партизаны убили нескольких беглецов из гетто, приняв их за немецких шпионов. Получив письмо от брата, Иегуда долго не думал. Вместе с ним убежало 7 человек.
Они не сразу нашли хутор Козловского, заблудились в лесу. 11-километровый путь от Новогрудка занял всю ночь. Первым в дом зашел Иегуда. Поздоровавшись с усталым гостем, Костик сказал парню, что тот только что разминулся с Тувием. «Но не волнуйся — говорит Костик — они часто приходят. Скоро вернутся». В лесу скрывались остальные. Костик передает им молоко и хлеб, готовит ночлег: яму для хранения картошки возле самого леса. Прикрыв яму доской, Костик засыпает ее сверху соломой и мусором.
Эта картофельная яма спасет еще не одну жизнь.
Утром Костик кормит беженцев завтраком: хлебом, колбасой, наливает по рюмке самогона. Вскоре на хуторе появился Тувия и забрал всех в отряд, в глубь пущи.
Спустя несколько дней люди из группы Иегуды отправились в Новогрудок, чтобы забрать из гетто в лес своих друзей. Среди узников уже ходят слухи о лесном отряде братьев Бельских и перевалочном пункте у Козловского возле лидского шоссе. С августа по сентябрь из гетто убегает все больше и больше людей. Многие из них останавливаются в доме Козловского. Кто-то идет прямиком в лес, потому что не доверяют никому. А некоторых приводят к Костику знакомые. Но о спасителе евреев в округе знают лишь единицы.
Айк Бернштейн с двумя друзьями попадает на хутор Козловского случайно. Пробродив по лесу всю ночь, они выходят в Мокрец.
Костик слушает их истории и с улыбкой говорит: «Ну вы, ребята, в рубашках родились. Будете жить».
Хозяин размещает гостей в сарае. Там они отдыхают после ночных приключений. Утром Костик готовит гостям баню и белье, на завтрак — картошку с хлебом. Через четыре дня партизаны Бельского забирают бедолаг в лес.
Если в «Иерусалиме» нужны были лекарства, Козловский шел в Новогрудок и добывал их. По дороге он заходил в гетто и передавал заключенным письма от Тувии.
Очередными адресатами стали 20-летняя Рая Каплинская и ее 11 друзей. Они бежали через дыру в заборе, но немцы их заметили и открыли огонь. Беглецы чудом уцелели. Через пару часов они попали на хутор Костика, а утром Арон Бельский забрал их в лес.
Два укрытия Костик подготовил и в доме — это чердак и яма под полом в кухне. На чердаке могло находиться 8 человек. В яме под кухней — трое. Оба укрытия использовались только в исключительных случаях. Если на дворе появлялись полицаи, то Костик не рисковал и не отправлял евреев в лес. В самый критический момент они прятались в доме.
Тем временем местное население начинает жаловаться партизанам, что евреи забирают у них последние продукты. Советы негодуют. Один из партизанских командиров Виктор Панченков принимает решение уничтожить лагерь Бельских и казнить всех без исключения еврейских партизан. Об этом узнает Костик и передает Тувии. Благодаря Козловскому происходит встреча между Панченко и Бельским. Им удается договориться не переходить друг другу дорогу. Панченков дарит евреям жизнь.
Зимой 1942 года ужас охватывает окрестных жителей. Немцы убивают семью Бобровских. Жена с мужем, как и Костик, прятали у себя беглецов из гетто. Бобровских расстреляли, дом сожгли, а шестерых детей отправили в концлагерь в Германию.
Подобная участь постигла и брата Костика.
Иван Козловский работал полицаем в Новогрудке. Пользуясь своим положением, он помогал евреям организовывать побеги, добывать для Бельских оружие и собирать необходимую информацию.
Благодаря ему Костик знал все, что происходит в гетто, каковы планы немцев. В последние дни жизни Иван будто бы почувствовал приближение смерти. Он часами смотрел в пустоту. Иван начал понимать, что начальство догадывается о его роли, но он не спасал себя, а продолжал помогать евреям и партизанам.
Фашисты его не простили. Ивана застрелили и сожгли в сарае возле лидского шоссе.
Ни убийство Бобровских, ни трагедия с братом не останавливают Костика. Он продолжает помогать евреям и делает это еще более рискованно — если Тувия несколько дней не приходит за новыми беженцами из гетто, Костик ведет их в пущу сам.
4 февраля немцы принимают решение ликвидировать гетто в Новогрудке. Четыре сотни евреев перевозят в Литовку, расстреливают и закапывают в яме.
Немцы все же подозревают Костика и однажды весенним утром на хуторе появляются полицаи.
Самого 57-летнего хозяина нет. Зато в доме — его дети. Полицаи забегают в дом и начинают стрелять без разбора. Влезают на чердак и начинают кольями искать в сене «живое». Только чудом они не натолкнулись на троих еврейских детей, которые прятались там под сеном. Так и не найдя ни «жидов», ни Костика, полицаи сжигают сарай. Дочь Таиса успевает убежать к дяде, который живет рядом. Девочка прячется под кроватью двоюродной сестры. В это время полицаи начинают допрос младшего сына Костика. Парень молчит. Его кладут на скамейку и избивают шомполом. Сын теряет сознание, так и не сказав, где отец. Полицаи идут в дом брата. Один из них заглядывает под кровать и вытаскивает Таису.
«Так вот где ты, жиденышка!» — волоча за волосы девочку, кричит полицай. Хозяева клянутся, что девочка их, Козловская.
Один полицай успокаивает другого: «Это же ребенок! Что, у тебя своих нет? Не трогай ее». Младшего сына Костика бросают на дороге неподалеку от деревни. Мальчику повезло, его нашли друзья и принесли домой. Несколько месяцев он проболел, но поправился.
После этого случая
Козловские перебираются в леси живут вместе с теми, кого еще недавно сами спасали от смерти.
Из леса Козловские выходят спустя несколько месяцев, после бегства немцев 9 июля 1944 года. Но на хутор они уже не возвращаются. Костик с сыновьями строит новый дом в деревне Ловцы, где он проработает до самой пенсии заготовителем. В окрестностях проживало и несколько евреев, которые были обязаны Костику своими жизнями. Однако большинство тех, кто выжил, выехали через Польшу в Израиль. А некоторые, как например Бельские, перебираются в США. С Козловским они больше никогда не увидятся. Кто-то время от времени писал ему письма, высылал посылки. 12 июля 1981 года в возрасте 95 лет Костик умер. Его похоронили на местном кладбище.
22 декабря 1993 года Костик Козловский (посмертно) и его старшие сыновья Геннадий и Владимир были удостоены звания «Праведник народов мира».
Согласно данным комиссии Яд Вашем, за три года войны Козловские спасли более 500 евреев.
Во времена, когда смелость и сострадание были в дефиците, когда каждый, что вполне понятно, спасал в первую очередь себя и свою семью, Костик Козловский показал пример необыкновенной человечности. У него не было связей и денег Оскара Шиндлера, чтобы «выкупить» евреев. Он не мог рассчитывать на помощь 350 сотрудников и дипломатический иммунитет, как знаменитый Рауль Валленберг.
Костику помогали дети и деньги, вырученные от продажи самогона.
Без Костика Козловского не было бы геройской истории братьев Бельских, которые спасли от смерти более тысячи евреев в налибокских лесах.
После войны о нем не писали книг и не снимали фильмов. История Костика Козловского стала известна только после его смерти.
Сейчас читают
В Минске автобус задавил насмерть собственного водителя2
Комментарии