Одинакова ли мантия у всех судей, зачем вставать, когда в зал заходит судья, и смотрят ли вершители закона программу «Час суда» — на вопросы intex-press.by ответил Николай Кмита, судья с 33-летним стажем, председатель суда Барановичского района и города Барановичи.
Николай Кмита уже 15 лет работает председателем суда Барановичского района и города Барановичи. Фото: Александр Короб, архив Intex-press
— Почему судьи ходят в мантиях?
— Согласно Кодексу о судоустройстве и статусе судей, судья, рассматривая дело, должен быть в мантии. Мантия символизирует, что судья руководствуется не эмоциями или личностным отношением к участникам процесса, а только законом. Материал и фасон мантий утверждается в Верховном Суде. С каждого судьи снимают мерки, после чего для него шьют мантию. Также судьям выдают черный галстук и белую рубашку. Мантия у судьи одна на все времена года. Когда летом температура поднимается выше 27 градусов, судьям разрешается вести процесс без мантии.
Кстати, мантии у мужчин и женщин отличаются глубиной выреза на груди — у мужчин он больше. Мантии у судей районных, областных, а также Верховного Суда — одинаковые: черные. Судьи Конституционного суда носят мантии темно-синего цвета.
— Зачем судьям молотки и где они их берут?
— Стуком молотка судья открывает и закрывает судебные заседания, а также успокаивает участников процесса, когда те, например, начинают ругаться. Также судья стучит молотком после вынесения приговора. Это значит, что для этого суда (например, барановичского) решение окончательное. Изменить его можно будет только в вышестоящем суде путем обжалования.
Молотки выдают в Верховном Суде. Производят их на мебельных фабриках. В нашем суде четыре молотка — по одному на каждый зал заседаний.
— Почему к судье нужно обращаться «Высокий суд»?
— Так человек выражает уважение к суду. Обращаться к судье «Высокий суд» нужно в гражданских и уголовных процессах. А вот в административных — необязательно. Люди часто обращаются к суду «Ваша честь». Это веяние пошло из российской судебной системы, где так обращаются к судьям. Но такое обращение — не нарушение. Судья вас поправит и подскажет, как говорить правильно.
— Почему нужно вставать, когда судья заходит в зал заседаний, когда отвечаешь на вопрос судьи, когда провозглашается приговор?
— Это, как и обращение «Высокий суд», показывает уважение к суду. Вставать нужно в гражданских и уголовных процессах, в административных — делать это не нужно. Если в гражданском или уголовном процессе участник судебного заседания не встает, на него может быть составлен административный протокол за неуважение к суду.
— Можно ли судьям иметь аккаунты в соцсетях?
— Официально это не запрещено, но и не рекомендуется. Я в социальных сетях не зарегистрирован.
— Может ли барановичский судья, как любой гражданин, обратиться в суд Барановичского района и города Барановичи?
— Чтобы не было сомнений в беспристрастности суда, в гражданских и административных процессах судьи обращаются в наш суд, после чего дело направляется председателю Брестского областного суда. Он направляет дело в суд любого другого города Брестской области. Если судья совершил преступление, судить его может только Верховный Суд.
— Приходилось ли барановичским судьям участвовать в процессах в качестве свидетелей или потерпевших?
— Конечно, приходилось. Я и сам как-то был потерпевшим, когда работал судьей в России. Я осудил мужчину к лишению свободы уже и не вспомню, за какое преступление. Из колонии осужденный стал присылать мне письма с оскорблениями. Я обратился в милицию, мужчину привлекли к уголовной ответственности еще и за оскорбление судьи.
— Смотрят ли судьи телевизионные программы о суде: например, «Час суда»? Нужны ли такие программы людям?
— У меня в кабинете все время работает телевизор. Но как только начинается программа «Час суда», я сразу его выключаю. Суды в таких передачах — забавная постановка, где уголовное дело об убийстве рассматривают за полчаса. Но для людей такие программы очень полезны — они доступно объясняют, как вести себя в суде, какие преступления особо тяжкие и за что можно отправиться в места лишения свободы.
— Когда судья выносит обвинительный приговор, ему жалко обвиняемого?
— В своей практике я не выносил ни одного приговора без сомнений. Обвиняемого жалко всегда. Но жалость — это палка о двух концах: жалеешь обвиняемого — не жалеешь потерпевшего, и наоборот. Да, есть риск вынести незаконный обвинительный приговор. Особенно переживаешь, когда осуждаешь человека к лишению свободы. Решать судьбу человека всегда трудно.
Комментарии