«Умоляю, Александр Григорьевич, пожалуйста, сохраните жизнь моему сыну»
Мать приговоренного к смерти Павла Селюна обратилась к главе государства во Всемирный день против смертной казни.
«Я умоляю, умоляю, Александр Григорьевич... Пожалуйста... Помилуйте моего сына. Он никогда не был бандитом, никогда... Он добрейшей души человек», — со слезами в голосе зачитывает Тамара Селюн написанный от руки текст. Останавливается на несколько секунд и продолжает читать. Пока не срывается на плач.
Александр Лукашенко — единственная надежда для Тамары. 12 июня Гродненский областной суд признал ее сына Павла Селюна виновным в двойном убийстве, надругательстве над телами убитых, расчленении трупа, а также кражей вещей и документов. Павла приговорили к расстрелу. 17 сентября Верховный суд оставил вердикт без изменений.
Мать Павла Селюн раз пыталась поговорить с Лукашенко, убедить его помиловать сына. Впустую. На прием к главе государства ее не пустили.
Матери осужденного остается только обращаться через СМИ. Тамара надеется, что если Лукашенко лично встретится с ее Павлом, то поймет: сына нельзя убивать.
«Если бы мне пришлось встретиться с нашим президентом, я бы его лично попросила поговорить с моим сыном. Поговорить. Возможно, он тогда бы мог понять просто по-человечески, что это совсем другой человек. Не тот, который мог это все сделать...»
У Любови Ковалевой, которая тоже пришла на организованную правозащитной организацией «Весна» пресс-конференцию, просьб к Лукашэнко больше нет.
Прошение в адрес главы государства ей не помогло — сына расстреляли весной 2012 года. Теперь Любовь Ковалева без конца обивает пороги, пытается узнать, где похоронен ее сын Влад. Но во всех инстанциях ответ один — тишина.
«Наше государство молчит. Мы в принципе не знаем, что теперь нам делать. Как нам быть. Это все очень сложно. Мы хотим, чтобы в будущем смертные приговоры не приводились в исполнение. Независимо от того, было преступление или нет. Для родителей в любом случае невыносимо, когда не можешь прийти на могилу».
На фоне этих слов выступления правозащитников звучали не так страстно. Хотя рассказали они не менее страшные вещи.
О том, например, что почти миллион белорусов не знает о существовании смертной казни в нашей стране.
Вопросов у журналистов на этой непростой пресс-конференции почти не было. Задавать их нужно не тем людям, которые на ней присутствовали.
Комментарии