«Я думал, кабзда». Мелкозеров рассказал о своих впечатлениях от героев «Жизни-малины» — Позняка, Чалого, Зарецкой и других
Никита Мелкозеров — самый известный интервьюер Беларуси. В беседе с «Ток» Никита не только рассказал о своей жизни, но и раскрыл закулисье «Жизни-малины», поделился впечатлениями от Чалого, Позняка, Зарецкой и Тихановской, а также объяснил, зачем разговаривал с Кацем и Эйдельман.
Сергей Чалый
Мелкозеров дважды делал программу с Сергеем Чалым. «Это рождение мысли в прямом эфире», — характеризует Мелкозеров беседы с аналитиком. Никита говорит, что хочет поговорить с Чалым о религии и любви, но пока не получилось. Он считает, что разговоры дважды «шли по сценарию Сергея».
Зенон Позняк
Мелкозеров рассказывает, что визажистка команды так «испугалась Зенона Станиславовича», так боялась прервать беседу Никиты с ним, что через окно вылезла из дома, где были съемки, а потом не могла попасть обратно. Полезла через забор и порвала штаны.
Мелкозеров говорит, что Позняк сразу заявил, что не о чем им разговаривать три часа, все можно обсудить за 45 минут. Но только на первый вопрос отвечал 40 минут. «Я думал, что кабзда. Но потом он «раскочегарился», и было интересно».
Никита говорит, что он по многим вопросам с Зеноном Станиславовичем не согласен, но «он — громадина».
Светлана Тихановская
По словам Никиты, Тихановская пришла, начала есть круассан и сказала: «Я надеюсь, что Мелкозеров волнуется так же, как и я».
Журналист считает, что с политиками следует держать дистанцию, нельзя становиться «дружками». Когда он потом приезжал в Вильнюс, то столкнулся в белорусском кафе с Тихановской. «Мы кивнули друг другу: нет такого, чтобы мы обнимались».
Вадим Прокопьев
«На стиле чувак, безусловно. Мы на «ты» в жизни, но он сказал, давайте не терять стиля, будем на «вы» в кадре», — вспоминает Никита.
У Мелкозерова было прединтервью с Прокопьевым, тот пригласил журналиста в лобби какого-то отеля: «было похоже на шпионскую ставку».
Прокопьев больше всех собеседников «Жизни-малины» опоздал на интервью — на час. Мелкозеров сказал, что был в беседе с бизнесменом довольно жестким и задал все вопросы, которые хотел.
Александр Милинкевич
«Милинкевич очень крутой», — высказался Никита. Он рассказал, что очень любит Гродно, а Милинкевич — человек из этого города, «человек суперинтеллигентный». «Я думаю, что каждый хотел бы, чтобы у него был такой или учитель, или дедушка. Очень интеллигентный, очень эмпатичный человек».
Татьяна Зарецкая
Никита говорит, что отношение после скандала у него к Зарецкой не изменилось. На то время он делал портретное интервью дерзкой девушки. Он отмечает, что видит своей целью в том числе и открывать новые имена. Информации о Зарецкой тогда было мало, а люди бизнеса, с которыми он разговаривал, ничего дурного о ней не говорили.
Никита говорит, что сейчас он строил бы беседу с Зарецкой иначе. Также он добавляет, что ему не понравилось, как она разговаривала с медиа после скандала. «Я не люблю, когда нам угрожают, тем более независимым журналистам, людям, которые вынуждены были переехать, но по-прежнему делают свое дело».
Максим Кац и Тамара Эйдельман
Мелкозеров говорит, что прежде всего это была история о том, чтобы сравнить наше мироощущение с мироощущением российских либералов: на самом ли деле они так отличаются от белорусов, правда ли, что, как говорят, «подковырни российского либерала — там окажется имперец».
С Эйдельман это получилось, говорит он.
Мелкозеров рассказал, что его троюродная сестра замужем за сыном Тамары Эйдельман — известным российским журналистом Митей Алешковским. И еще Тамара Эйдельман научила Мелкозерова любить «Пиросмани»: в Тбилиси на свадьбе сестры.
Никита рассказывает, что сначала он был против беседы с российским историком, но потом согласился с командой, что это важно: Эйдельман поддерживала белорусские протесты, и у нее большая аудитория, в том числе и белорусская.
С Кацем история была «немного другая», с ним сделали первый выпуск «Малина Лайт». Хотелось посмотреть, что будет.
«Кац — не имперец. Кац просто русский человек. Русские — это другие люди. Он очень хороший чел. Он мне написал потом: «Какой-то вэрхал начался». Я говорю: «Ну да». «Потому что я русский?» — «Ну да».
Но Кац не понимал, почему Никита не заинтересован в российской и украинской публике, почему строит контент прежде всего для белорусской аудитории. Он сказал Никите, что тот «не потерялся бы в России».
«Я ответил, что я знаю, что я не потерялся бы в России, но мне нужна Беларусь».
Комментарии