Глава Euroclear: Если ЕС решит конфисковать российские активы, мы обратимся в суд
Руководительница бельгийского депозитария Euroclear Валери Урбен заявила, что в случае принятия Евросоюзом решения о конфискации замороженных российских активов, она не исключает подачи судебного иска против европейских инстанций. Урбен подчеркнула, что конфискация противоречила бы международному праву о суверенитете активов, которые принадлежат государству. Сама Урбен и её семья из-за угроз сейчас живут под охраной.
Здание штаб-квартиры Euroclear в Брюсселе. Фото: AP Photo / Geert Vanden Wijngaert
В интервью изданию Le Monde Валери Урбен отметила, что для Euroclear, который является ключевым звеном финансовой системы с активами на 42,5 триллиона евро, важнее всего авторитет и доверие.
«Существуют законы. В зависимости от правовой базы мы решим, что мы можем и хотим сделать», — заявила Урбен, добавив, что суд «не исключен».
Валери Урбен, чей депозитарий хранит около 193 миллиардов евро российского Центробанка, призналась, что ни немецкий канцлер Фридрих Мерц, который предложил использовать активы в качестве залога, ни президент Франции Эммануэль Макрон с ней не консультировались.
О плане Мерца она узнала только со страницы газеты Financial Times.
Несмотря на то, что Урбен не была проинформирована, тем не менее именно она владеет ключами к этим активам. Она возглавляет Euroclear, малоизвестное, но важное учреждение в финансовой системе. Это место, где центральные банки и другие крупные международные инвестиционные фонды хранят свои ценные бумаги (акции, облигации, финансовые продукты и т.д.).
Euroclear управляет депозитами на сумму 42,5 триллиона евро, что в четырнадцать раз превышает валовой внутренний продукт Франции.
61‑летняя Урбен никогда не планировала оказаться в центре глобальных политических и финансовых событий. Она проработала в Euroclear более трех десятилетий, поднялась по карьерной лестнице и в мае 2024 года стала генеральным директором компании.
Ее повседневная жизнь, пишет издание, перевернулась с ног на голову. Хотя она не может подробно рассказать об угрозах, которые ей поступали, телохранитель постоянно сопровождает ее уже год.
Ее семья живет под наблюдением. Охрана в штаб-квартире усилена. Снаружи ни одна табличка не указывает названия учреждения. Внутри каждый гость перемещается с пропуском и персонализированным кодом, который нужно предъявить на турникетах на каждом этаже. Наконец, вход в кабинет директора осуществляется через две стеклянные двери, которые охраняют вежливые, но бдительные люди в черном.
Несмотря на внешнее давление, госпожа Урбен старательно избегает обсуждения политики. Она просто повторяет, что «лучший способ решить этот вопрос — мирный путь».
Урбен объяснила, что «худший вариант» — это если денежный актив будет направлен на финансирование займа Украине, а Euroclear останется с юридическим обязательством возврата.
«Если санкции снимут, Россия в любой момент может постучаться в наши двери и потребовать возврата. Кто тогда вернет нам 140 миллиардов евро, чтобы перечислить их ей?» — спросила она.
Этот сценарий очень реален, так как продление санкций происходит каждые полгода и зависит от голосования всех стран-членов ЕС, в том числе тех, кто выступает против, таких как Венгрия и Словакия.
Кроме юридического риска, Урбен предупреждает, что конфискация может подорвать доверие и привести к сокращению инвестиций в еврозону со стороны глобальных инвесторов, в том числе китайских и арабских.
Окончательное решение Европейского совета по использованию российских активов отложено до декабря.
Euroclear — не единственное учреждение, которое хранит замороженные средства Центрального банка России. Их хранят в Японии, Великобритании, Швейцарии и даже Соединенных Штатах. В общей сложности там хранится почти 300 миллиардов долларов (258 миллиардов евро).
Тем не менее другие хранители по всему миру хранят молчание. А японцы открыто исключили любую конфискацию. «Эти страны хранят молчание, — подчеркивает Урбен. — Нам нужно перестать преследовать Euroclear и Бельгию».